Титульная страница
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Титульная страница
Титульная страница

Ни правых, ни левых

Корреспондент «Русской планеты» узнала, чем живет рынок «Барабашово» в отсутствии массового покупателя из Белгорода

Елена Коваленко
6 мин
Фото: Ирина Егорова
Харьковский рынок «Барабашово» (в народе «Барабан» или «Барабашка») — украинский «Черкизон» — крупнейший оптово-розничный торговый центр не только Украины, но и всей Восточной Европы. За 15 лет работы он из неприметного стихийного продовольственного базарчика разросся до 75 гектаров — это восемь торговых площадок на которых работают почти 20 тысяч торговцев. Ежедневно здесь отоваривались от 100 до 200 тысяч посетителей, львиную долю выручки делали россияне. Теперь все по-другому.
От Белгорода до Харькова всего 80 км, и белгородцы всегда активно этим пользовались. На «Барабашово» все значительно дешевле, чем в Белгороде, так что вопросы: где одеть ребенка к школе, купить все необходимое для свадьбы, или для новорожденного — всегда решались поездкой в соседнюю Украину. Многие в Белгороде зарабатывали на перепродаже товаров из Харькова. Сейчас, как говорят продавцы с Центрального рынка Белгорода, в Харьков никто не ездит. Большинство из них теперь возят товар из Москвы.  Но говорить о причинах, по которым на «Барабашово» ездить перестали, продавцы отказываются. Большинство тех, кто раньше ездил на «Барабашево» в частном порядке, сейчас тоже перестали это делать.
Суббота 6.00 утра. На пустой остановке лишь редкие дачники, рыбаки и желающие попасть на «Барабашку». Ровно в 6.10 подъезжает маршрутка с табличкой «Харьков Барабашово». Пассажиры заранее звонили водителю Саше и бронировали места, поэтому он точно знает, сколько людей поедет с ним сегодня, и пересчитывает входящих. Многих из них он знает лично. Еще пара остановок — и все 20 сидений заняты. В салоне одни женщины, поскольку с апреля российским мужчинам от 16 до 65 лет въезд на Украину закрыт.
На часах 7.00 маршрутка подъезжает к российскому пункту пропуска Журавлевка.
­­– Сегодня на украинской таможне смена, которая заставляет заполнять миграционки даже тех, у кого белгородская прописка, — предупреждает водитель Саша и раздает бланки.
На КПП кроме нас никого нет, поэтому российских пограничников проходим минут за 10-15. Садимся в маршрутку и подъезжаем к украинскому КПП «Гоптовка». Четыре из пяти полос движения перекрыты плитами, выдранными из земли и неуклюже брошенными на дорогу прямо с комьями грязи. Перед заграждением вмонтированная в асфальт железная полоска с острыми шипами. Далее — стена из мешков с песком с проделанными в ней амбразурами. Украинский пограничник буднично принимает паспорта, проверят, отдает их и молча проходит дальше. Спустя несколько минут водитель раздает пассажирам документы и бланки миграционных карт с печатью — мы в Украине.
Маршрутка пролетает мимо полей с подсолнухами и придорожных кафе. На расстоянии пары километров от границы на обочине неожиданно мелькают «ежи», сбитые из кольев и обтянутые колючей проволокой, рядом — укрепления затянутые маскировочной сеткой.
Минут через 15 после въезда в Украину уже пролетаем желто-синюю стелу «Харкiв» и, покружив еще полчаса по улицам города, подъезжаем на почти пустую стоянку рынка.
– Машина стоит ровно до 13.00 по российскому времени. Не выедем вовремя, придется долго стоять на границе — там пойдут автобусы с беженцами, поэтому не опаздываем, — напутствует водитель. — Сейчас к вам подойдет мужчина, у которого можно поменять деньги по выгодному курсу. Можете не бояться, не обманет. Кому нужны свадебные платья — вон девочки, идите с ними, чтобы вас не «кинули». Я в машине.
Пассажиры торопятся к меняле, он предлагает курс 0,33 гривны за рубль, в обменках предлагают 0,35
По украинскому времени на часах 8 утра и на работу выходят самые нетерпеливые. «Заходите посмотреть сумки!», «Платья не желаете?», «Товары к школе!», — зазывают они редких покупателей. Украинские продавцы предельно вежливы и торопятся рассказать о скидках. Первому покупателю готовы уступить 10-20%. Рядом о своем щебечут вьетнамцы. Их соотечественник везет по рядам тележку с утренним кофе и булочками. За годы существования рынка они тут такой же неизменный его атрибут, как и на бывшем московском «Черкизоне».
В бутике сумок, как и во многих других, ни одного покупателя, к чему тут уже успели привыкнуть.
– Да не в том дело, что рано, этот сезон считай так, в убыток работаем, — досадует продавец. — Уже надоело всю эту ситуацию обсуждать, что нам до политики! Но из-за этих событий сами посчитайте, сколько мы теряем: всегда 10 тысяч единиц товара заказывал на сезон, а в этот раз только 3 тысячи. Из Курска, из Москвы покупатели всегда приезжали, сейчас нет никого...
Торговый центр с магазинами открывается ближе к 10.00 по российскому времени, или в 9.00 по украинскому. Тут товар классом повыше, ценой подороже, словом, рассчитанный на индивидуальных покупателей из России. Но и здесь проходы пусты.
– На сколько поток покупателей из России упал? Да на 99,9%! — рассказывает продавщица Яна. Она торгует обувью на «Барабашово» уже шесть лет, нынешний год считает одним из самых неудачных. — Раньше вы не представляете, шо тут в выходные творилось, не протолкнуться было от покупателей, а сейчас сами видите пустота.
По ее словам, сейчас основные покупатели — это харьковчане и беженцы из Луганска и Донецка, которых в городе очень много. Впрочем, обувь в магазине у Яны не из дешевых — от 400 гривен и выше (1100 рублей и более — примеч. РП), поэтому и на беженцев особой надежды нет.
Спад торговли в нынешнем году начался с января, хотя этот период, по словам самих продавцов, никогда не был показательным. Весной ситуация не изменилась. В апреле продавцы уже стали отказываться от ночных смен — времени, когда шла оптовая торговля. Депутаты Харьковского горсовета, были вынуждены снизить арендную плату за землю рынку «Барабашово», вслед за этим администрация рынка впервые за все время существования базара, на 30% снизила плату за аренду торговых точек.
– Раньше за точку здесь мы 2,5 тыс. долларов в месяц платили, это 20 тыс. гривен, а потом курс доллара резко скакнул с 8 до 12 гривен и нам аренду понизили до 12 тыс. гривен, —подтверждает Яна. — Нас это здорово выручило, но это ж временно, а что с сентября скажут, не знаем еще.
В проходах торгового центра скучают продавцы.
– Если честно, то поток покупателей из России начал падать еще в прошлом году, — рассказывает продавщица детских вещей Ирина. — Я не могу сказать в процентном соотношении, сколько было белгородцев среди моих покупателей, но были такие, которые приезжали каждый год именно в наш магазин, сейчас никого из них не вижу. Я 9 лет тут работаю, не припомню, чтобы раньше были дни без почина, а в июле у меня по 2-3 дня в неделю вообще без почина.
Разговор переходит на тему городской жизни. Ирина рассказывает, что в городе все спокойно, жизнь идет своим чередом, правда беженцев много. Из-за этого стало намного сложнее снять квартиру, да и слухи ходят противоречивые, народ не знает к чему готовиться, и деньги предпочитает зазря не тратить.
– Я по себе знаю: лишняя копейка появится, так лучше ее отложить, чем вещи покупать, ведь мы ж не знаем что будет, точно ж нам никто ничего не говорит, и в случае чего остаться голодным, но в новых штанах…— продолжает она со вздохом. — Мы понимаем, что нам реально не дают информации, мы сами анализируем, строим домыслы. У нас есть поговорка «Паны бьются, у казаков чубы рвутся», так вот сейчас это и происходит. С собой ведь ничего не унесешь, так шо вы делаете, шо вы эти миллионы тягаете! В чем пришел в том и уйдешь, единственное, что гроб может будет подороже…
– Харьков — спокойный город. Ни «Правого сектора», ни «Левого сектора», ни бендеровцв, ни АТО у нас нет, — говорит представитель администрации рынка, начальник торгового сектора «Б» ТРЦ у станции метро Барабашова Сергей Иванов. — Из России к нам приезжали не столько оптовики, сколько просто люди сами по себе. Покупали продукты, обувь, товары легкой промышленности. Сейчас покупателей из России и Восточной Украины нет.
По данным продавцов, выручка уменьшилась на 70%, по словам представителей дирекции рынка, из-за снижения потока покупателей, рынок лишился 20-30% прибыли.
– С Донбаса 8 миллионов людей не приехало, 2 миллиона с Крыма и 10 миллионов россиян, имеется в виду не самих предпринимателей, а потребителей. Объем рынка, который потеряли харьковские коммерсанты, а из всех приезжающих, россиян, наверное, половина — это белгородцы. А потом Воронеж и Курск, — констатирует представитель администрации рынка.
По словам Сергея Иванова, несмотря на сложный период, арендаторов не стало меньше, а наличие пустых торговых мест он объясняет тем, что люди оптимизировали свои затраты, и те, кто держал несколько точек, сократили их количество. О том, как для рынка закончится этот год, он прогнозов не строит, говорит, что баланс не должен быть отрицательным. Относительно скидок на аренду пояснил, что это была программа поддержки частного предпринимательства ТРЦ.
 – Мы давали предпринимателям скидку 30%, сейчас уже аренда вернулась на уровень, который был обговорен согласно договорным отношениям 2007 года, — пояснил он. — Жизнь идет своим чередом, вы ж сами видите, бояться нечего. Если нужно, мы даже готовы встречать группы покупателей на границе, сопровождать до рынка и обратно, так что можно приезжать!
На уровне населения все с точностью до наоборот. Водитель Александр работает на маршруте уже 11 лет. Рассказывает, что сам с коллегами из транспортной компании придумали схему, по которой водитель заранее бронирует места пассажирам из Белгорода, собирает их и везет на рынок, а затем, после закупок, привозит обратно. Ежедневно кроме понедельника и пятницы, когда рынок не работает, от их транспортной компании на «Барабашово» едут 1-3 машины. Не всегда они заполнены на 100%, но водители все равно едут, говорят что это «рейс на престиж». Он отмечает, что пассажиропоток на рынок из Белгорода сократился зимой, но вместе с тем, их услугами стали пользоваться те, кто раньше ездил на своих машинах, а сейчас не хочет рисковать. Поездка на рынок и обратно на маршрутке стоит 550 рублей и это самый дешевый и быстрый вариант.
– Сейчас вы тут российских номеров на дороге не увидите, хотя я езжу и все нормально, — говорит он. — За все время работы я лично здесь ничего плохого никогда не видел. Если бы что-то здесь было опасное, нас бы ребята здешние предупредили. Мы однажды на границе задержались, компьютеры у них не работали, так валютчики наши отсюда уже звонят, беспокоятся, где мы.
По словам водителя, экономические и дружеские связи с коллегами с харьковского рынка сложились давно, а чтобы не ругаться, они договорились не разговаривать на политические темы и не верить тому, что написано, нарисовано и даже снято на видео.
***
Ближе к часу дня на рынке начинается оживление, в строительном секторе идет бойкая торговля, но в рядах с вещами клиентов по-прежнему мало. Белгородки стекаются к своей маршрутке, багажник и верхние полки в салоне забиты покупками: от школьной формы до детской коляски и газонокосилки. Женщины делятся впечатлениями.
– Ребенку к школе все купило, мне так понравилось! Тут все намного дешевле, — радуется девушка, которая приехала сюда впервые.
Маршрутка отправляется обратно. На КПП водитель объезжает два рейсовых автобуса «Карматорск-Москва», забитых людьми, на российском КПП уже скопилось порядка 30 легковых машин и микроавтобусов с украинскими номерами.
– Хохлы? — проверяют пассажиры из окна маршрутки.
– Хохлы!
– И куда вы все к нам прете! — раздаются неодобрительные возгласы в салоне. Женщины злобно наблюдают за тем как парень, вытащив из машины огромный мешок для досмотра, не удержался и упал вместе с ним на землю. Послышался звук бьющегося стекла.
Белгород, на часах 16.00. Александр высаживает пассажиров на остановке.
– Вот визитка, может пригодиться, а вы там думайте, что писать будете, — говорит он на прощание.
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
6 мин