Титульная страница
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Титульная страница
Титульная страница

«Ибрагим, как приехал, сразу сдох»

Как на Алтае трудовые мигранты сдают экзамены на знание русского языка и истории
Владимир Лактанов
6 мин
Барнаул. Тестирование для трудовых мигрантов на знание русского языка и истории в АлтГУ. Фото: Лариса Хомайко
C 1 января 2015 года все трудовые мигранты, прибывшие в Россию, сдают обязательные тесты по русскому языку, истории и тест на знание российского законодательства. Прохождение экзаменов необходимо для получения вида на жительство и разрешения на временное проживание, патента или разрешения на работу.
В Барнауле подобные тестирования проходят на базе Алтайского госуниверситета.
– Да, к нам приходят изгои. Но это люди, которые, во-первых, прошли какой-то путь, дошли до какой-то черты, и нашли в себе мужество повернуть свою жизнь и приехать в Россию — кто на работу, кто жить. Их нужно уважать. Я рада, что у меня есть опыт этой работы. Он меняет отношение к людям, которых называют вот этим удивительным словом-клеймом «мигранты». А когда начинаешь с ними работать, начинаешь воспринимать их иначе, — говорит Наталья Халина, профессор Алтайского государственного университета.
На лестнице, на широком университетском подоконнике, с самого утра сидит Халик, мрачный азербайджанец лет сорока пяти. Он смотрит в окно на снег и крыши подсобных помещений, вертит в руках телефон — бесполезный, потому что там, за дверью с надписью 1Д, телефоны велели выключить и убрать. Иногда Халик покидает пост, спускается на пролет к двери и прислушивается. Халик волнуется за свою жену Зарифу.
В азербайджанских деревнях русский язык и в советское время знали плохо, можно сказать, не знали совсем. Была такая история: в одно из сел Шипуновского района на строительство колхозного клуба приехали азербайджанцы. Построили клуб, вернулись к себе. Вскоре с Алтая в Азербайджан пришла телеграмма: «Ибрагим, у тебя родился сын». Ответ сочиняли все местные знатоки русского, получилось так: «Ибрагим, как приехал, сразу сдох».
– Как сейчас в Азербайджане не знаю, — неохотно говорит Халик, не отрывая глаз от окна. — Когда уезжали — трудно было, хуже, чем здесь. А здесь мы уже давно.
Тестирование для трудовых мигрантов в АлтГУ. Фото: Лариса Хомайко
В аудитории в это время объясняют задания. Сначала будет лексика-грамматика — вставляем в текст нужное слово в нужной форме, потом чтение — прочли текст, ответили на вопросы. Аудирование — на понимание текста. Прослушали текст, отметили правильный вариант ответа. Письмо: заполнили анкету в воображаемом отделе кадров, написали открытку другу. И самое интересное — говорение. Моделируются простые жизненные ситуации: нужно позвонить и вызвать такси, пройти собеседование при устройстве на работу, организовать презентацию в офисе, познакомиться с девушкой-театралкой и так далее.
По каждому заданию нужно набрать не менее 60 баллов из ста, обычно это получается у троих из пяти. Украинцы, белорусы, русские из Казахстана справляются лучше, чем люди из Таджикистана и Азербайджана.
– Ваши имя и фамилию напишите латиницей, у вас в паспорте должно быть, — тестируемые под руководством преподавателей заполняют контрольную матрицу. Зарифа выводит старательно Gulieva.
– Странно. Экзамен по русскому, а писать латиницей, — возмущается Саша. Саша и его жена, цветущая девушка Аня, полтора месяца назад приехали из Донецкой области. Саша 5 месяцев воевал в ополчении. Говорит, что тест не сложный — «та-а… нормально», что он вообще украинского не понимает, всю жизнь говорил на русском, таком же, как здесь. Уточняя, что почти таком.
– Тут у вас говорят «ну, ага, чо», «айда» еще, — объясняет Саша. — У нас такого нет, зато у нас говорят «шо».
На Украине не будет стабильности, это уже понятно, говорит Саша. Поэтому приехали к родителям Ани на Алтай, в Новоегорьевское. Что здесь хорошо: 80-ый бензин в 2 раза дешевле.
– У нас он стоит, если на русские деньги переводить, 64 рубля. А у вас 34-35, шо-то типа того, — говорит Саша.
Продукты, правда, здесь дороже, признается парень, но не переживает, надеется на 3 специальности.
Тестирование для трудовых мигрантов в АлтГУ. Фото: Лариса Хомайко
В аудитории 1Д уже добрались до письма. Пишут открытки из далеких жарких стран по всем нормам речевого этикета: «привет», «пока». Заполняют анкету для поступления на работу или учебу. Наталья Васильевна сказала, что можно от лица вымышленного героя.
– Василий Теркин, — острит голубоглазый, светловолосый белорус Андрей. — Те, кто говорят, что в Белоруссии лучше, чем на Алтае, просто не жили в Белоруссии.
То, что пишут в анкетах тестируемые — скорее мечты.
– А вот если я устраиваюсь на хирурга, в какой отдел заявление писать? В хирургию? — хмуро спрашивает Саша.
– Пишите, в какой хотите, варьируйте! Если устраиваетесь глазировщиками кексов, пишите: «в отдел глазировки кексов», — поясняет преподаватель.
– Я хочу в бухгалтерию, — улыбается Зарифа.
– Девушка, — шепчет тихий узбек Николай. — А какие факультеты бывают?
– Я училась на филологическом, — теряется молодая преподавательница.
– Первые 2 часа тяжело, потом люди начинают работать, — рассказывает Наталья Васильевна. — У нас тут прошлый раз был гражданин Узбекистана. Вне аудитории он говорит просто замечательно. А когда сел сюда сдавать говорение, ему было так трудно! Лидия Михайловна Дмитриева, наша завкафедрой, говорит ему потом: «У вас же замечательное знание русского языка!» А он: «У меня высшее образование, я Техническую академию окончил». Но сюда-то он приехал не по специальности устраиваться, а на стройку! У него 2 сына в Узбекистане, ему надо деньги зарабатывать, чтобы их кормить. Поэтому он себя и чувствует соответственно.
Дальше по плану тестирования идет самопрезентация: нужно написать небольшой текст о себе, как бы вы смогли себя охарактеризовать.
– Характер нордический, как у Штирлица, — острит Андрей.
Молодая армянка Лиана сдает листочек с заданием, выбегает за дверь и кричит в телефон.
– Ты где? Ты пришел? Ребенка уже кормить пора! Приходи, я попрошу, чтобы тебе тут стульчик поставили! — близко поднося губы к телефону, кричит она.
Потом она будет прислушиваться к шуму за дверью, и когда услышит детский плач, побежит кормить своего грудничка. Лиана здесь из-за любви: вышла замуж за россиянина, теперь и ей надо получать гражданство.
Перед говорением небольшой перерыв, приходит заведующая кафедрой Лидия Михайловна, говорит, что она сторонница этого теста: человек, который приехал в Россию жить или работать, должен знать русский язык.
– Да, но здесь много русскоговорящих. Нам-то это зачем? Мы носители! — бурчат носители.
Лидия Михайловна объясняет: если учились в школах бывшего СССР, если прямые предки жили в России, надо предоставить документы. Аттестат, свидетельство о рождении — это тоже дает право на российское гражданство. Если предки жили в селах, даже лучше — в сельских архивах документы хранятся практически вечно, лежат себе и лежат. Недавно в университет пришли такие документы из деревни в Читинской области.
– Мой батя Байконур строил, работал там 20 лет! — говорит Андрей. — Кому сейчас что докажешь!
– Честно вам скажу, что этот тест не столько на знание русского языка, сколько на логическое мышление. Не знаю, какой смысл нам его сдавать? У нас русский язык государственный, а белорусский мы в школе изучали… Ну вот как у вас английский. На нем никто не общается даже, — объясняет Андрей.
Сашу беспокоит тема задания для говорения: «а если я про спектакли вообще ничего не знаю, мне не интересно? Как я могу выдумать?»
Тест на разговорную речь для трудовых мигрантов. Фото: Лариса Хомайко
Первой говорение сдает узбечка Ирина. Ей надо устроиться электриком в хорошую, стабильную компанию. По условиям задания образование у нее профильное, а требуемого опыта работы нет.
– Нет опыта, — грустит Ирина.
– Как же так получилось? — сочувствует Наталья Васильевна.
– Я… — Ирина знает, что говорить правду всегда лучше. — Я ушла в декрет!
В аудитории хохот: «Ничего себе, электрик!»
Лиана уверенно заказывает путевку и выбирает духи, Андрей проводит экскурсию по мегаполису.
– Сударыня, вы бывали в центре города? Давайте начнем нашу экскурсию с центра.
Саша преодолевает ненависть к спектаклям.
– Виктория, вы бывали в театре? — спрашивает он у воображаемой девушки. — Какой спектакль вы смотрели в последний раз? Сам-то я театр не люблю, но мне более-менее нравится «Ромео и Джульетта»! — Саша быстро переводит разговор на более приятную тему: а как Виктория относится к тому, что он увлекается спортом?
Потом Саша звонит в железнодорожную кассу, уточняет расписание поезда на Москву.
– Когда? Хорошо. А восколь? Я хотел сказать: на который час?
Зарифа заказывает такси.
– Але, девочка, мне такси нада, домой доехать из ресторана. В село Александровка. А ресторан в Благовещенке, возле вокзала.
Следующая задача для Зарифы оказывается сложной: нужно организовать совещание. Зарифа впадает в ступор.
– Зарифа, вы работаете в компании по сбыту металла. Ваша задача — позвонить секретарю другой компании и сказать, что ваш шеф ждет ее шефа, Магомета-Оглы, на совещание в 12:30.
– Я не могу, — вздыхает Зарифа. — Я сразу все забываю, что вы говорите.
– Вы приходите устраиваться на работу, — предлагают ей следующее задание. — Вы устраиваетесь электриком.
Зарифа теряется, на филологов смотрит грустно.  
– Продавцом! — осеняет Наталью Александровну.
– Здравствуйте, мне нужно работать, а я не работала, опыта нет! — радуется Зарифа.
Зарифу принимают на работу и отпускают с миром. Неизвестно пока, как с остальными тестами, а с говорением она справилась, набрала нужное количество баллов.
– Вы заметили? Когда она услышала родное слово «продавец», стала чувствовать себя получше и понадежнее, — отмечает Наталья Васильевна. — Зарифа ведь не потому теряется, что не знает русского. Просто у человека недостаточно коммуникативных навыков, навыков общения. Незнакомые люди, университетская аудитория. Не думаю, что ей часто приходилось бывать в таких местах. Все настраивает на то, что человек хочет быть лучше, чем он есть, а ему нужно быть таким, какой он есть. И когда он начинает листать свою жизнь и пытаться найти там страницы, которые позволили бы ему казаться лучше, соответствовать этому месту и этой ситуации — он теряется. И не может найти средства, которые позволили бы ему определить себя в этом времени, в этом пространстве, быть адекватным ситуации.
– Мне кажется, московским составителям тестов надо порекомендовать: зачем эта ситуация с совещанием у начальника? — размышляет Халина. — Ведь это абсолютно далеко от жизни человека. Она мне правильно сказала: «я не могу повторить ваши слова», потому что я говорю что-то запредельное для нее, не из ее жизни. И зачем я рисую ей то, чего в ее жизни никогда не будет? Мне кажется, при составлении тестов надо учитывать реальные ситуации, в которых будут оказываться те, кто эти тесты сдают.
Четырехчасовой тест закончился, на лестнице Халик обнимает Зафиру, Лиана качает своего малыша, Саша и Аня, взявшись за руки, идут на второй этаж и дальше.
– Эти люди на наших глазах проходят все этапы скитания: по русскому языку, по русской истории, — говорит Наталья Васильевна. — Мы с одним молодым человеком, хотя он уже не молодой человек, ему где-то к 50-ти, дискуссию устроили: почему такие тяжелые тесты? Я говорю: не ко мне претензии, к Москве. А через 5 минут он уже спрашивает: «а как в вуз поступить»? Ничего себе, говорю, как быстро прогресс идет. Только что тесты были сложные. Выбирайте, говорю, где заочное есть. «До какого возраста поступать можно?» А хоть до ста!
***
22 января в Алтайском крае вступило в силу постановление, согласно которому иностранцы, работающие на основании патентов, не смогут работать на предприятиях розничной торговли алкоголем, фармацевтическими товарами, торговать на рынках, в палатках и вне магазинов. Помимо этого установлены ограничения на работу иностранцев в государственном управлении и обеспечении военной безопасности; обязательном социальном обеспечении. 
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
6 мин