«Когда над врагом смеются, он не так страшен…»
Выставка, посвященная юмору и сатире в блокаду и на фронте. Фото: Владимир Желтов для «Русской планеты»

Выставка, посвященная юмору и сатире в блокаду и на фронте. Фото: Владимир Желтов для «Русской планеты»

В Петербурге открылась выставка, посвященная юмору и сатире в блокаду и на фронте

Экспозиция народного музея «А музы не молчали!», задуманного и созданного человеком-легендой Евгением Линдом совместно с учениками и учителями школы №235 (ныне имени Дмитрия Шостаковича), рассказывает о духовной жизни в осажденном Ленинграде. В преддверии празднования 70-летия Великой Победы в его стенах развернута необычная выставка — «Юмор и сатира в блокадном городе и на фронтах Великой Отечественной». В экспозиции — газеты, карикатуры, книги, документы, личные вещи художников-карикатуристов, поэтов. Отдельный раздел рассказывает о Василии Теркине, литературном герое, известном вроде бы всем и каждому, личность и биография которого начала складываться еще во время Советско-финляндской войны и не одним Александром Твардовским…

«По черепам, наваленным горой…»

— Наш музей единственный, где есть, пусть и небольшая, экспозиция, посвященная легендарным «Окнам ТАСС», — говорит председатель Совета общественного содействия музею Инна Селиванова. — У нас огромное собрание плакатов, и не только тассовских, но лежат они под спудом — недостаток экспозиционных площадей не позволяет выставить. А ведь в одном из радиообращений блокадная муза Ольга Берггольц говорила: «Я разглядывала высокий заводской забор: он был кое-где пробит осколками снарядов и весь сплошь покрыт плакатами, воззваниями, листовками. Мне подумалось, что, может быть, уже сейчас этот забор надо бережно так, весь целиком, и перенести в музей».

Первый плакат — с карикатурой на фюрера — был создан тассовским художником Виктором Слыщенко в ночь на 23 июня 1941-го (он не сохранился, потому что существовал в единственном экземпляре.) и в тот же день был выставлен в витрине «Гастронома №1» (ленинградцы по старинке его называли Елисеевским), на той стороне Невского проспекта, которая в скором времени при артобстреле будет наиболее опасной. Тогда ее заложат мешками и прикроют крупноформатным щитом — он-то и станет центральным стендом «Окон ТАСС», у которого если и бывало безлюдно, так только после сигнала «воздушная тревога».

Тассовские плакаты в годы войны, в блокадных условиях, создавали художники Василий Слыщенко, Николай Игнатьев, Моисей Ваксер, Борис Лео, Леонид Торич, Петр Маргушевский, Сергей Панкратов; поэты — Александр Флит, Борис Тимофеев, Виссарион Саянов, Александр Прокофьев, Вера Инбер. В выпуске двух серий приняла участие Ольга Берггольц.

«Титаническую работу в «Окнах ТАСС» проводил Василий Селиванов (отец Инны Васильевны — прим. авт.) — он был в течение года единственным художником, редактором и выпускающим. Селиванов создал рекордное число листов — 71, которое составило более трети от выпущенных в период блокады» — пишет летописец блокады и коллекционер Всеволод Инчик.

Фото: Владимир Желтов 

После войны Василий Николаевич рассказывал дочери, что в 1942-м спал по три-четыре часа в сутки, порой не снимая сапог и шинели.

Кто из переживших то лихолетье не помнит плакат Селиванова, появившийся на стенде у Елисеевского в январе 1942-го года; за основу художник взял знаменитую картину Василия Верещагина «Апофеоз войны». Стихи написал Александр Флит: «По черепам, наваленным горой, // Мясник-бандит шагает прямо в бездну…» Ровно через год, в январе 43-го, Василий Селиванов вновь вернется к верещагинскому «Апофеозу». Курганов из трупов фашистов на плакате уже несколько, на каждым — табличка: «Кавказский фронт», «Сталинградский фронт», «Центральный фронт»; те, что в отдалении, — не читаются…

— Не все тассовские плакаты звали на бой с врагом, взывали к мести — были и просто смешные, — объясняет Инна Васильевна. — Когда над врагом смеются, он не так страшен.

Еще один выдающийся художник-карикатурист блокадной (и не только) поры — Владимир Гальба. Его карикатуры публиковались в периодических изданиях, выпущенные в виде почтовых открыток, они посылались на фронт, разлетались по стране. Гальба работал и в «Боевом карандаше», и в «Окнах ТАСС».

Серия «Цепные фашистские собаки» была издана в усеченном виде. На одной, обобщающей серию, карикатуре изображен сдерживающий цепных псов тучный банкир, в котелке, с сигарой. Цензоры увидели в нем Уинстона Черчилля…

Гитлер объявил Гальбу своим личным врагом и приказал после захвата Ленинграда повесить.

— После подписания фашистской Германией Акта о безоговорочной капитуляции меня направили в Берлин, и я на стене Рейхстага написал: «Гитлер, я в Берлине! Где же ты?» — рассказывал Владимир Александрович Всеволоду Инчику. — В поверженной германской столице я регулярно выступал перед бойцами-победителями, и почти каждый раз солдаты задавали мне один и тот же вопрос: а где же Гитлер, куда он смылся? Я решил обыграть слово «смылся». Рисунок, когда я его показывал солдатам, вызывал бурю смеха. Гальба нарисовал Гитлера, наполовину торчащим из унитаза, рукой он схватился за ручку сливного бачка. «Гитлер дошел до ручки и смылся».

«На фронте за Теркина переживали…»

— Практически в каждой армейской и флотской газете существовала юмористическая рубрика — «Прямой наводкой», «Полундра!», «Прикладом по черепу», «Беглым огнем», «Без осечки», «Аврал»,  «Осиновый кол», «Короткой очередью», «Смехомет», «Наш штык», — рассказывает сотрудник музея Вячеслав Кокин. — Появляются карикатурные образы — Фриц и Ганс. Им, естественно, должен был противостоять героический образ русского солдата. В каждой газете был свой герой — ефрейтор Минометов, боец Иван Муха, Вася Гранаткин, Гриша Танкин, Иван Зениткин, Кузьма Штык, Вася Разведкин, Митя Клотик, Захар Авралов. Но ни один из них не мог сравниться в популярности и народной любви с будущим героем поэмы Твардовского Василием Теркиным.

Фото: Владимир Желтов

На свет Теркин появился 75 лет назад во время Советско-финляндской войны. На станицах газеты «На страже Родины», одним из корреспондентов которой и был Александр Твардовский. Первый рисованный портрет Теркина опубликован 31 декабря 1939 года. Художники Вениамин Брискин и Василий Фомичев создали образ смельчака, неунывающего бойца. 5 января 40-го появляется первое стихотворение Твардовского, но в то время больше всего стихов о Теркине написал Николай Щербаков. После выхода в 1946 году отдельным изданием поэмы Твардовского «Василий Теркин» в дарственной надписи Николаю Щербакову Александр Трифонович писал: «Одному из зачинателей Теркина на Руси».

Биографию Василию Ивановичу придумал Самуил Маршак. «Не в Париже, не в Нью-Йорке, // В деревушке под Москвой // Родился Василий Теркин — // Наш товарищ боевой». Она была сочинена для первого сборника о Теркине. Он вышел тиражом 5000 экземпляров и был предназначен для раздачи 23 февраля 1940 года особо отличившимся в боях бойцам и командирам. И тут вмешалась цензура — убрала последнее четверостишие: «Ждут бойцы его с любовью, // И порой, садясь в кружок, // Пьют за Васино здоровье, // Поднимая спецпаек». Спецпаек официально введен в Красной армии для повышения калорийности питания бойцов, он включал в себя и сто граммов водки. Вполне возможно, что цензорам не понравилось то, что бойцы пьют не за товарища Сталина.

В Великую Отечественную Теркин служил на Ленинградском фронте — в стихах и рисунках (извините за повтор имен) Александра Прокофьева, Александра Флита, Виссариона Саянова, Бориса Лихарева, Бориса Лео, Василия Селиванова. Здесь он удостоился звания сержант. В 1943 году в блокадном Ленинграде выходит сборник «Вася Теркин на Ленинградском фронте».

Первые главы поэмы Твардовского начали печататься тоже в 43-м, 5 сентября. В преддверии этого газета «На страже Родины» на какое-то время прекратила публикации о Теркине, но бойцы засыпали редакцию письмами: куда делся Теркин? Не убили ли его? Пришлось Таким образом произошло как бы раздвоение личности: Василий Теркин одновременно совершал подвиги и на Ленинградском фронте и на Западном — у Твардовского.

Сотрудники музея «А музы не молчали!» надеются, что временная экспозиция  «Василий Теркин» — при наличии помещений — станет постоянной. И всячески поддерживают инициативу газет «Красная Звезда» и «На страже Родины» об установке мемориальной доски на доме №2 по Невскому проспекту, где в редакции газеты «На страже Родины» и «родился» народный любимец.

Забытые могилы в родной земле Далее в рубрике Забытые могилы в родной землеКакую цену в действительности мы заплатили за Победу, так и не известно.

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Дискуссии без купюр.
Читайте «Русскую планету» в социальных сетях и участвуйте в обсуждениях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»