Взлет и падение «Аль-Каиды»
Акция протеста против спецоперации США, в результате которой был убит Усама бен Ладен, Пакистан, 2011 год. Фото: Mk Chaudhry / EPA / ТАСС

Акция протеста против спецоперации США, в результате которой был убит Усама бен Ладен, Пакистан, 2011 год. Фото: Mk Chaudhry / EPA / ТАСС

Краткая история джихадизма: от «ихвинов» до «Исламского государства»

За последний год новоявленное «Исламское государство» (ИГ) прочно оттеснило «Аль-Каиду» с позиции главного джихадистского жупела всего мира. На то были веские причины. Обширные территории, захваченные давлей, которых никогда не было у «Аль-Каиды» (но были у ее союзников), ее простая и эффективная в глазах многих джихадистов стратегия на фоне череды неудач «Аль-Каиды», наконец, провозглашение «Халифата», на которое за годы своей деятельности так и не осмелилась «Аль-Каида», — все это позволило многим считать последнюю отстрелянной ступенью ракеты мирового джихадизма, фарватером которого отныне стала давля.

Но как случилось, что легендарная, наводящая ужас на весь мир многоопытная «Аль-Каида» отдала первенство в джихадистском интернационале периферийной, вышедшей из ее подчинения давле? Чтобы ответить на этот вопрос, надо отмотать пленку к самому началу и проанализировать, как создавалась и развивалась «Аль-Каида» и почему она оказалась в нынешнем положении.

Джихадизм: корни и фон возникновения

«Аль-Каида», одной стороны, она стала новой вехой в развитии исламского фундаментализма, ставшего реакцией на ликвидацию в 1924 году Халифата, раздробление и провалившуюся секулярную модернизацию исламского мира. С другой стороны, появление и оформление в известном всем виде «Аль-Каиды» ознаменовало собой возникновение нового феномена — «международного исламского терроризма». Последний можно охарактеризовать как доктрину тотальной войны против внешних и внутренних врагов исламского мира, ведущуюся как методами классической войны, так и методами терроризма вплоть до полной и окончательной победы.

До «Аль-Каиды» «международный исламский терроризм», ставший синонимом «джихадизма», не был присущ исламскому фундаментализму.

Что же представлял собой «исламский фундаментализм» до расцвета «джихадизма» и «Аль-Каиды»? В условно суннитском (то есть нешиитском) мире его олицетворяло международное исламское общественно-политическое движение «Братья-мусульмане» («Ихван аль-Муслимин», или «ихваны»). Происхождение, развитие, идеология, структура «ихванов» — это тема, о которой по всему миру написаны, наверное, тысячи произведений. Если кратко, речь идет об обновленческом движении, возникшем на фоне острейшего кризиса исламского мира и поставившем перед собой задачу преодолеть этот кризис и вернуть исламу прежнее величие на современном витке развития истории.

В деятельности «ихванов» можно выделить несколько этапов.

Первый — это «баннизм», от имени основателя движения Хасана аль-Банны. Он создал ассоциацию «Братья-мусульмане» в 1928 году в Египте и задал ей курс на просвещение мусульман и их призыв к возрождению всех аспектов ислама. Это делалось как через прямую проповедь, так и через всевозможные социальные проекты и объединения. Массовость, активизм, милитаризм, молодежные организации — все это роднило «ихванов» с консервативно-революционными движениями того времени, в частности, теми, кому была присуща религиозная ориентация вроде «Легиона Михаила Архангела» в Румынии.

Толпа около штаб-квартиры «Братьев-мусульман» после ее сожжения в отместку за покушение на премьер-министра Гамаля Абдель Насера, 1954 год. Фото: AP

Толпа около штаб-квартиры «Братьев-мусульман» после ее сожжения в отместку за покушение на премьер-министра Гамаля Абдель Насера, 1954 год. Фото: AP

Разница, однако, заключалась в том, что Хасан аль-Банна, несмотря на то что рост его движения становился очевидным политическим фактором в Египте, никогда не стремился к завоеванию власти в стране. Это противоречие и привело египетских «ихванов» к череде трагедий и поражений, которые, впрочем, повторялись и в других странах мира, когда «исламисты» руководствовались «баннистским» подходом. Массовое движение с военизированными формированиями, открыто заявляющее претензии политического характера («ислам — это решение», «Аллах — наш Бог, Пророк — наш вождь, Коран — наша конституция, джихад — наш путь, смерть на пути Аллаха — наше высшее стремление»), по определению не могло не восприниматься как угроза его политическими конкурентами и идейными противниками. «Ихваны» оказываются вовлеченными в уличные конфликты с противниками и полицией, на них обрушиваются репрессии, то есть они повторяют путь аналогичных движений в Европе. Но именно в этот момент их наставник Хасан аль-Банна устраняется от борьбы за власть и призывает своих сторонников к не-насилию в условиях де-факто идущей гражданской войны. Изолированный, потерявший контроль над своим движением Хасан аль-Банна в итоге был убит спецслужбами в 1949 году. На фоне этих событий король и правительство стремительно теряют популярность, и в 1952 году в Египте происходит военный переворот. Но власть опять оказывается в руках не у «ихванов», а у  «Свободных офицеров» — арабских левых националистов. Их лидер Гамаль Абдель Насер первое время контактирует с «ихванами» как с популярной массовой силой, ставшей жертвой прежнего режима, но уже через два года их пути расходятся.

Второй этап развития «ихванов» — это «кутбизм», от имени его идеолога Саида Кутба. Он становится лидером движения на фоне обострения конфликта с военным режимом националистов. Для «кутбизма» характерны две особенности. Первое — это доктрина «джахилии», то есть квалификация нынешнего состояния мусульманских обществ как аналога того, что предшествовало исламу, — доисламского невежества. Из этого следовало, что исламское общество нужно не улучшать или реформировать, а создавать заново. Делать это должен идейно выделившийся из этого общества исламский революционный авангард, руководствующийся «чистым исламом», абсолютно свободным от примесей джахилии. Второе, что следовало из этого, — это непризнание существующих властей мусульманскими и нацеленность на взятие власти, в том числе с помощью таких методов, как заговор и переворот.

В 1964 году Кутба, ранее уже заключенного в тюрьму и совсем недавно выпущенного, обвинили в организации заговора с целью государственного переворота. В 1966 году вместе с несколькими соратниками он был казнен, а на движение обрушены новые репрессии.

С этого момента «ихваны», которые давно вышли за пределы не только Египта, но и арабского мира, и набирали популярность, потеряли почву под ногами и оказались в подвешенном состоянии. «Баннизм» и «кутбизм» стали теми полюсами, вокруг которых последователи «ихванов» строили свою деятельность в той или иной стране в зависимости от специфики как страны, так и местных «ихванов». В каких-то государствах «ихваны» более-менее нормально сосуществовали с правящими режимами (страны Залива до иракского кризиса, Иордания, Пакистан), в каких-то переходили в революционное подполье (Египет, Сирия, Ливия, Алжир), где-то, как в Палестине, они становились закваской национально-освободительных движений и растворялись в них. Причем в той же Палестине это произошло дважды — сперва при участии «ихванов» возникло движение «ФАТХ» Ясира Арафата, потом, когда, по мнению идейных «ихвановцев», оно слишком далеко отошло от корней их учения, их новое поколение создало «ХАМАС».

И вот в этот момент происходит событие, которое становится толчком для развития качественно нового направления в исламском фундаментализме — джихадизма. Речь идет о советском вторжении в Афганистан в 1979 году, которое, как это уже стало ясно потом, было использовано США как капкан и инструмент разрушения СССР. Через своих союзников США способствуют мобилизации всего мусульманского мира, как для финансирования афганских моджахедов, так и для отправки им на помощь добровольцев из арабских стран (мухаджиров). Помимо Пакистана, который становится тренировочной, тыловой и перевалочной базой для моджахедов, основную роль берут на себя спонсоры афганского джихада — нефтезаливные арабские монархии. Потому в этот момент друг на друга активно накладываются две различные плоскости — теологическая и политическая.

Афганские повстанцы в Першавере, Пакистан, 1980 год. Фото: AP

Афганские повстанцы в Першавере, Пакистан, 1980 год. Фото: AP

Теологически все эти нефтяные монархические режимы Залива опираются на салафитское понимание ислама, более известное русскоязычным читателям как «ваххабизм». Что касается «ихванов», то как политическое движение, нацеленное на объединение мусульман, они не ассоциировали себя с каким-то определенным теологическим направлением. «Салафизм» оказывал влияние на ход развития «ихвановского» движения изначально через людей вроде Рашида Риды. Однако при этом сам основатель движения Хасан аль-Банна придерживался классического (ашаритского) вероубеждения, посещал суфийские зикры и активно использовал социальный опыт суфизма при создании и развитии своего движения. Учитывая эту амбивалентность, «ихванам», скорее, было свойственно примирять традиционализм и салафизм, выводя разногласия между ними за скобки своей активности. Но с настойчивым вливанием в международное движение поддержки афганского джихада не только политических кадров «ихванов», но и людей и денег из стран Залива, задается тренд на «салафитизацию» будущего джихадистского движения.

Рождение «Аль-Каиды»: практика и теория

Все эти тенденции суммировала в себе будущая (с 1989 года) «Аль-Каида» — на тот момент Бюро помощи арабским моджахедам, созданное в 1984 году двумя людьми: Усамой бен Ладеном с салафитским саудовским прошлым и ветераном «ихвановского» движения Абдуллахом Аззамом.

Как это ни парадоксально звучит, но в начале своей деятельности Усама бен Ладен еще не был «джихадистом» в том понимании, какое придается этому термину сейчас — «международного терроризма». Это был менеджер и финансист из одной из богатейших семей Саудовской Аравии, которым двигало желание, поддерживаемое тогда многими в мире, — помочь афганским мусульманам изгнать из своей страны безбожников-коммунистов.

Идеологически в начале своей деятельности он не разделял даже базового постулата будущего «джихадизма», считая, что помощь афганским моджахедам является коллективной обязанностью других мусульманских народов и стран. Его приоритетом была практическая деятельность — прием добровольцев, их обучение, снабжение оружием и всем необходимым и так далее, что, разумеется, на тот момент было невозможно без взаимодействия с пакистанскими и американскими партнерами, поддерживающими создание такой инфраструктуры.

Человеком же, который заложил идеологические основы будущего «джихадизма», стал соратник Бен Ладена — Абдуллах Аззам.

Шейх Абдуллах Аззам и Ахмад Шах Массуд. Фото: YouTube

Шейх Абдуллах Аззам и Ахмад Шах Массуд. Кадр: YouTube

Абдаллах Аззам был одним из тех «ихвановцев», что были разочарованы чередой поражений своего движения. Речь идет не только о прямых поражениях, но и потере ориентиров. В частности, будучи палестинцем, он покинул Палестину и не стал продолжать участия в борьбе с Израилем, потому что счел, что ее религиозное измерение превратилось в декоративное. Поэтому после нескольких лет преподавательской деятельности в Саудовской Аравии вдали от всякой борьбы, Афганистан, куда под исламскими знаменами стекались со всего мира его собратья, стал для него новым шансом.

Здесь надо разделить практическую и теоретическую составляющие. Как уже было сказано, в самом начале бен Ладен считал военную помощь Афганистану коллективной обязанностью других мусульманских стран (фард-кифайя). Это означает, что если каждая страна или движение выставляет на помощь своим братьям достаточное количество добровольцев, то с остальных обязанность воевать лично снимается — они могут помогать воюющим своими пожертвованиями или молитвами. И в реальности это именно тот подход, которым руководствуется исламский мир при возникновении вооруженных конфликтов в одной из его точек (Афганистан, Босния, Кашмир и так далее).

Однако Абдуллах Аззам пошел дальше. В своих трудах он разработал ключевое положение джихадизма — пока остается оккупированным хоть клочок мусульманской земли (даруль-ислам), личное участие в войне является безусловной обязанностью каждого мусульманина, кроме детей, немощных женщин и стариков.

С одной стороны, в тех условиях это не вызвало никакого напряжения, ибо способствовало решению практической задачи мобилизации добровольцев. Однако таким образом был заложен фундамент, на котором начало возводиться здание новой идеологии — джихадизма. Тот же Аззам в итоге стал писать, что личное участие в войне стало обязанностью каждого мусульманина (фард-айн) с того момента, как пала исламская Андалусия и будет таковой, пока она и все остальные земли, когда либо бывшие исламскими, вновь не станут таковыми. А это и Испания и все Балканы, Греция, Крым, вся Индия, большая часть России и так далее. Интересно, что, когда СССР все-таки изгнали из Афганистана, в Аззаме проснулся «ихвановский» прагматизм и он призывал арабских моджахедов осесть в Афганистане, чтобы укрепиться и воспользоваться плодами победы — строить исламское государство. Но против него уже работала сформулированная им же идеология — в 1992 году началась война в Боснии и туда устремилось множество ветеранов Афганистана при активной помощи бен Ладена. В 1989 году Аззам,  возвращаясь из мечети в машине с двумя сыновьями, был взорван, — до сих пор неясно, кем.

Идеи Аззама, однако, уже вовсю развивали новые и новые идеологи джихадистов, которые пошли куда дальше. Азам все-таки по своей школе был «ихвановцем», и его джихадистская пропаганда была направлена в первую очередь на борьбу с внешним врагом. И тут надо вспомнить про «баннизм» и «кутбизм». Конечно, все джихадисты-ихвановцы находились под влиянием идей Сеида Кутба, но все таки у тех, кто сохранял связь с этой школой, они так или иначе уравновешивались «баннистским» подходом. То есть, признавая в принципе возможность свержения правителя — вероотступника или нечестивца — силой, они традиционно старались избегать гражданской войны среди мусульман, что в принципе соответствует догматическим основам суннизма.

А вот новое поколение джихадистов с салафитской, а не ихвановской основой не просто не имело таких тормозов, но и считало этот «ихвановский» подход глубоко порочным. Поэтому они развили идеи Кутба в сторону такфира — отлучения от ислама с дозволением убийства отлучаемых, причем не только по отношению к правителям. Идеологическая доктрина Кутба о «джахилии» стала основанием для выводов, объявляемых шариатскими (хукм). Если все господствующие в мусульманских странах режимы объявлялись режимами неверия, то и любое соучастие в них объявлялось неверием. То есть не только работа на эти режимы в госаппарате, полиции, армии, но и участие в выборах, причем даже оппозиционерами, даже с целью изменить режим, как делали ихвановцы, объявлялось выводящим человека из ислама.

Доктрина такфира наложилась на джихадизм. В итоге джихад с вероотступниками в мусульманских странах объявлялся такой же личной обязанностью каждого, как и джихад против внешних агрессоров. Идеология «совершенствовалась» чем дальше, тем больше. Джихадисты первой волны все-таки исходили из классического представления о войне, которая должна быть подчинена политическому руководству, даже если это партизанская война. Однако вливающиеся в этот поток революционеры вроде сирийца Абу Мусаба ас-Сури, бывшего участником восстания против Хафиза Асада в 1982 году, утопленного в крови, приносят с собой уже другие подходы.

Так, в своем произведении «Призыв к всемирному исламскому сопротивлению» ас-Сури обосновывает неэффективность пирамидальных структур и крупных организаций на подконтрольных врагу территориях. Поэтому вне джихада открытых фронтов, то есть фронтальной войны, он призывает к тактике атак малыми законспирированными группами или даже одиночками. Цели тоже могут выбираться самостоятельно, ибо в принципе любой «вероотступник» в указанном выше понимании или любой житель страны, воюющей с мусульманами где-либо, может быть таковой. Именно на такое понимание опираются одиночки-террористы вроде Хасана Нидаля, «тулузского стрелка» или братьев Царнаевых (если верить версии ФБР, мягко говоря, вызывающей вопросы).

Суданский перелом

Теория джихадизма развивалась своим ходом, однако «Аль-Каида» была почти ориентированной организацией, поэтому необходимо понимать, что в это время происходило с ней и вокруг нее.

Чем была «Аль-Каида» в начале 1990-х годов после окончания войны в Афганистане? Это была команда опытных военных и идеологов, собранная вокруг человека, обладающего состоянием в десятки, если не сотни миллионов долларов (по оценкам ЦРУ, $200–250 миллионов), причем все еще легальными, — бен Ладена. Да, он помогал мусульманам в Боснии в 90-е годы, и опять эта помощь тактически совпала с интересами Запада. Но в Боснии был свой сильный лидер — Алия Изербергович, кстати, ихвановской школы, она находится в Европе и перенести в нее свою базу «Аль-Каиде» не позволили.

Омар Хасан Ахмед аль-Башир, 2002 год. Фото: ТАСС

Омар Хасан Ахмед аль-Башир, 2002 год. Фото: ТАСС

Переносить ее требовалось, потому что в Афганистане разгоралась гражданская война между вчерашними соратниками-моджахедами, в которой «Аль-Каида» участвовать не хотела. И тут открывается новая возможность. В 1989 году в Судане происходит военный переворот, а с 1991 года пришедший к власти диктатор Омар аль-Башир начинает отчетливую исламизацию страны. Но не менее важно то, что у власти оказывается куда более харизматическая фигура идеолога режима Хасана ат-Тураби, идейного «ихвановца». Тураби пытается не только исламизировать Судан, но превратить его в политический центр исламского мира и точку сборки исламистских движений. На этой волне в 1992 году «Аль-Каида» переносит свою базу в Судан. И вот тут происходят события, ставшие переломными как для «Аль-Каиды», так и для взаимоотношений Запада с джихадистами.

В связи с этим надо отметить еще одно обстоятельство. Если война против СССР в Афганистане сблизила как исламистов с Западом, так и гонимых в баасистских странах «ихванов» с «салафитскими» монархиями Залива, то иракско-кувейтская и иракско-американская войны покончили и с тем, и с другим. Причиной этого стало то, что монархии Залива предоставили США свои территории для войны с мусульманским Ираком. «Ихвановцы» (политические и джихадистские) и джихадисты («ихвановские» и «салафитские») назвали это предательством, что послужило началом репрессий и разворотом пропагандистской машины правительственного «салафизма» против них. Когда сегодня многие не могут понять, почему религиозный саудовский режим поддерживает против исламистов в Египте светских военных, а в Йемене — шиитов, то разгадка лежит именно во вражде с «ихвановцами», идущей с тех пор.

«Ихвановцы» и джихадисты, со своей стороны, совершают ряд покушений против светских диктаторских режимов, включая покушение на Мубарака, организованное египетским «Исламским Джихадом», руководство которого на тот момент находилось в Судане. На суданский режим начинается международное давление. У «Аль-Каиды» в Судане начинаются проблемы, однако, судя по открытым источникам, можно сделать вывод об их неоднозначном характере. С одной стороны, фирмы бен Ладена, вложившие миллиарды долларов в развитие инфраструктуры Судана, фактически выкидывают из этих проектов. В этот же момент от бен Ладена под давлением саудовского короля отказывается его семья и он лишается доли в семейном бизнесе. С другой стороны, по словам пакистанского бизнесмена Мансура Иджаза, суданское руководство не раз предлагало американцам арестовать и выдать им бен Ладена, однако американцы заявляли, что их устроит просто его изгнание из страны.

В 1996 году обобранный, лишившийся своего состояния бен Ладен действительно покидает Судан, а в 1999 году президент Башир арестовывает Тураби по обвинению в подготовке заговора.

Афганский разворот

Однако теперь «Аль-Каида» может вернуться уже в новый Афганистан, власть в котором взяло исламское движение «Талибан», провозгласив Исламский Эмират Афганистан (ИЭА). Бен Ладену не только дали убежище, но и предоставили возможность развернуть на территории Афганистана свои базы, куда стянулись многие арабские ветераны боевых действий.

В этих условиях происходит радикализация «Аль-Каиды». О том, что ей предшествовала суданская эпопея, уже было сказано, но надо отметить еще одно важное обстоятельство — объединение в 1998 году с египетским «Исламским джихадом» доктора Аймана аз-Завахири, который после смерти Азама стал новым идеологом «Аль-Каиды».

Завахири — это характерный представитель пост-ихвановского исламистского движения все того же Египта. Нельзя сказать, что он был свободен от «ихвановского» влияния вообще — его письмо тогдашнему лидеру иракских джихадистов Абу Мусабу аз-Заркави свидетельствует о том, что по отношению к различным исламским теологическим школам он занимает вполне «ихвановские» позиции. А вот что вызывало с его стороны яростную критику, так это политическая непоследовательность, непринципиальность и безрезультативность «ихванов». Со своей стороны, он был одним из тех, кто, высоко оценивая фигуру Саида Кутба, развивал его концепцию в сторону идей такфира и джихадизма, описанных выше.

В 1998 году бен Ладен и Завахири провозглашают Всемирный исламский фронт сражения с иудеями и крестоносцами, призывая к нападению по всему миру на граждан и объекты Америки и Израиля. В том же году осуществляются первые атаки — на посольства США в Кении и Танзании, унесшие жизни около 200 человек. Таким образом, как видно, с основания «Аль-Каиды» в 1984 году прошло 14 лет, прежде чем она превратилась из парамилитарной организации, участвующей в локальных конфликтах на стороне местных мусульман, в глобальное террористическое движение.

Усама бен Ладен и Айман аль-Завахири, 1998 год. Фото: EPA / ТАСС

Усама бен Ладен и Айман аль-Завахири, 1998 год. Фото: EPA / ТАСС

Какие же цели выдвигались идеологами «Аль-Каиды» и чего они добивались от США? Если кратко — освобождения мусульманских земель от сионистов и крестоносцев (Палестина, американские военные базы в Заливе и так далее), а также их марионеточных режимов. 

11 сентября 2001 года происходит событие, превратившее эту организацию, о которой до того знали лишь специалисты, в мировой жупел номер один — атака на башни-близнецы и объекты Пентагона. Даже по прошествии стольких лет трудно однозначно утверждать, что тогда произошло. На Западе существует целое направление конспирологов, которые считают, что эти события были грандиозной провокацией спецслужб, прикрытием которых выступила «Аль-Каида». В пользу схожей версии в мусульманском мире приводят ряд фактов, свидетельствующих о непричастности бен Ладена к этим событиям. С другой стороны, вся пропаганда «Аль-Каиды», многочисленные выступления бен Ладена и Завахири построены на позиционировании этих атак легендарным успехом и призывом к его повторению. Учитывая это, а также явно сформулированную идеологию «Аль-Каиды» и прошлое ее лидеров, можно считать, что, если «Аль-Каида» непричастна к событиям 11 сентября, то ее просто не существует. Но тогда уже логично будет принять за основу воззрения конспирологов — не существует вообще ничего, кроме игр и заговоров всемогущих спецслужб.

Однако вернемся на почву известных фактов. Помимо вопроса о причастности «Аль-Каиды» к этим событиям, ответ на который, на взгляд автора, очевиден, не менее важен другой — какую роль в них сыграл «Талибан». И следуя той же логике опоры на известные факты и публичные заявления, а не домыслы, можно заключить, что «Талибан» не только не принимал участия в подготовке этих атак, но они и не были им согласованы. Меж тем такого согласования требовали принципы шариата, ведь «Талибан» был не просто равноценным «Аль-Каиде» движением, а фактическим государством, предоставившим ей убежище.

Нахождение врага номер один США — на территории ИЭА делало таким врагом автоматически и бен Ладена. Естественно, американцы потребовали от талибов выдать бен Ладена, и многие исламские ученые тогда призывали лидера талибов муллу Омара ради сохранения ИЭА если не сделать это, то хотя бы последовать примеру президента Судана Башира и попросить бен Ладена покинуть его страну. Однако Омар заявил, что не может выдать мусульманина иноверцам и если бен Ладен виноват, американцы должны представить доказательства, и его будет судить шариатский суд. В ответ американцы начали наземную операцию, в ходе которой «Талибан» был свергнут и стал партизанским движением.

«Аль-Каида» приняла участие в сопротивлении «Талибана» американцам. Кроме того, ее эмиссары и инструкторы принимали участие во многих локальных войнах против американцев, где джихадисты либо принимали бренд «Аль-Каиды» («Аль-Каида Аравийского полуострова», «Аль-Каида Магриба», «Аль-Каида Междуречья» и так далее), либо бравировали связями с ней (сомалийский «Шаббаб», малийская «Ансар ад-Дин» и другие).

В 2011 году бен Ладен был убит американским спецназом и официальным главой «Аль-Каиды»  стал Завахири. Специалисты, однако, считают, что к тому моменту «Аль-Каида» уже давно из реальной организации превратилась в своего рода франшизу, которая предоставлялась центральным руководством любому, способному осуществлять в том или ином регионе деятельность, вытекающую из ее идеологии.

(продолжение следует)

Неизвестный бог Далее в рубрике Неизвестный богНа месте археологических раскопок в Турции обнаружен рельеф неизвестного доселе римского божества, относящегося к культу Юпитера Долихена Читайте в рубрике «История» Семеро пойдут, Сибирь возьмут!Каникулы в Историю. Серия пятая. Семеро пойдут, Сибирь возьмут!

Комментарии

14 ноября 2014, 00:08
Джихадисты, наверное, очень сильно удивились и возмутились, после того как Штаты финансировали-финансировали их тайно, а потом вдруг взяли и уничтожили старину Бена Ладена...
14 ноября 2014, 11:22
Ну да, что-то вроде своеобразного кровавого мега-реалити-шоу. Проект Аль-Каида был частично свернут, так как американцы ушли из афганского региона. Теперь спросом и популярностью стал пользоваться проект "ИГИЛ", так как именно туда, на Ближний Восток теперь направлены взоры НАТО и Большого Сэма.
Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
80 000 подписчиков уже с нами!
Читайте «Русскую планету» в социальных сетях и участвуйте в дискуссиях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»