День рождения русской парашютной промышленности
Фото: Иван Шагин / РИА Новости

Фото: Иван Шагин / РИА Новости

18 апреля 1930 года на фабрике в Тушино были сшиты первые серийные советские парашюты — наследники ранцевой системы Глеба Котельникова

О том, что 2 августа ежегодно свой день рождения отмечают самые крылатые войска страны — воздушно-десантные, — знает, наверное, каждый житель России в возрасте старше шести лет. Действительно, 2 августа 1930 года на военных учениях под Воронежем впервые в истории русской армии 12 бойцов совершили групповой прыжок с парашютом для выполнения тактической задачи. Но мало кто знает, что есть еще и день рождения — пусть неофициальный — русской парашютной промышленности. 18 апреля того же 1930 года на первой в СССР парашютной фабрике в московском районе Тушино начался промышленный выпуск первых отечественных парашютов. Без которых, собственно, не могли бы появиться и сами «войска дяди Васи».

Путь к этому дню был долгим и непростым. Начать, пожалуй, стоит с событий, вроде как прямо и не относящихся к авиации и парашютизму, но во многом предопределивших их судьбу в России. После промышленных реформ императора Александра III семимильными шагами начало развиваться русское техническое изобретательство — производство требовало новинок, не уступающих зарубежным. Процесс этот достиг колоссальных масштабов как раз накануне Первой мировой войны, в которую Россия вступила, имея самый большой парк самолетов среди всех воюющих стран. И лучший ранцевый парашют — результат кропотливой работы изобретателя Глеба Котельникова. То, что он был лучшим, доказывает статистика: из 57 документально подтвержденных к 1918 году случаев применения парашюта РК-1 (то есть «Русский, Котельникова, первая модель») лишь в одном зафиксирован… ушиб ног летчика, воспользовавшегося средством спасения! При этом только с 8 июня по 4 октября 1917 года, по данным «Летучей лаборатории» профессора Николая Жуковского, погибли восемь русских летчиков, воспользовавшихся французским парашютом «Жюкмесс» — вторым по распространенности в отечественной авиации начала ХХ века.

Но, к сожалению, Октябрьский переворот и порожденная им катастрофа, получившая название Гражданской войны, поставили крест на очень многих отечественных изобретениях. Да что там изобретения! Сама русская промышленность за несколько лет превратилась в руины. Но даже в этих условиях русским инженерам приходилось делать все, чтобы удовлетворить запросы руководства страны на новые изобретения, прежде всего военного характера. И, конечно, не могли остаться в стороне и те, кто занимался парашютным делом. К концу 1920-х Глеб Котельников, уже немолодой человек, передал все свои патенты на парашюты — а их накопилось немало! — советскому правительству, и ему на смену в качестве создателей новых образцов пришли совершенно иные люди. Среди них был и Михаил Савицкий — профессиональный военный летчик, в 1916 году окончивший Гатчинскую военно-авиационную школу, а в 1928 году — Военно-воздушную академию РККА имени профессора Жуковского. По ее окончании Савицкий и получил предложение войти в состав нового отдела НИИ ВВС — парашютного.

К этому времени стало совершенно очевидно, что без массового применения парашютов, а значит, и их массового производства планы по развитию отечественной авиации, прежде всего военной, обречены на неудачу. О том, насколько важна роль парашюта в деле спасения жизни летчиков, доказал такой случай. В 1927 году летчик-испытатель Михаил Громов сумел спастись из введенного в штопор и отказавшегося выходить из него самолета только с помощью парашюта. С этого момента применение этого средства спасения для летчиков признали обязательным, но встал новый вопрос: как обеспечить достаточное количество парашютов. И поскольку в Советской России их производство еще не было налажено, системы приходилось покупать за рубежом. В основном это были американские парашюты «Ирвинг», каждый из которых обходился казне в 600 долларов (а другие системы — и того дороже, по 1000 инвалютных рублей).

Найти решение этой проблемы и создать фактически с нуля и новые русские парашюты и русскую парашютную промышленность и был призван отдел, руководство которым доверили Михаилу Савицкому. На первых порах все, чем он располагал, —небольшая мастерская-лаборатория в старом доме в Арсеньевском переулке в Москве, где он вместе с восемью подчиненными-единомышленниками занимался расчетами парашютов, изучал импортные конструкции и составлял исследовательские задания для смежников из текстильных НИИ, которые искали наиболее удачные образцы парашютного шелка.

На эту работу ушло почти два года, за которые удалось, взяв за основу американский «Ирвинг» компании Irving Air Chute, спроектировать первый советский парашют — НИИ-1. Именно он-то и стал первым серийным парашютом в Советском Союзе, именно их-то и сшили в первой партии, работа над которой закончилась 18 апреля 1930 года. Причем шили новые парашюты уже не в арсеньевской мастерской, а на первой отечественной парашютной фабрике. Под нее отдали кирпичные корпуса сукновальной фабрики товарищества «Николай Третьяков и компания» в Тушино. Выбор места был очевиден: с одной стороны, фабрика была профильной, а с другой, именно в Тушино в то время концентрировались практически все русские производственные и исследовательские силы, связанные с авиацией.

Парашют НИИ-1. Фото: warrelics.eu

С тушинской фабрикой, кстати, связано одно очень примечательное совпадение. Последним руководителем товарищества, которое владело ею, был сын купца Николая Третьякова — Сергей, который принял руководство фирмой в 1899 году в возрасте 17 лет. После Октябрьской революции он эмигрировал, но связей с родиной не потерял: в 1929 году он стал сотрудником советской разведки, сыгравшим колоссальную роль во многих предвоенных операциях, связанных с Русским общевоинским союзом (РОВС). Увы, в 1942 году жившего во Франции Сергея Третьякова арестовало гестапо, и два года спустя он был расстрелян в концлагере Ораниенбург. Днем его смерти стало 16 апреля — то есть практически годовщина рождения советской парашютной промышленности, первенец которой обосновался в стенах его фабрики…

Но это будет позже, много позже. А тогда, в 1930 году, все только начиналось. После выпуска первой партии парашютов НИИ-1, в июне 1930 года директора фабрики (и по совместительству руководителя парашютного отдела НИИ ВВС РККА) Михаила Савицкого командируют в США на заводы фирмы Irving Air Chute. Эта поездка мало что дала с точки зрения разработки парашютов, но помогла модернизировать и перестроить работу тушинской парашютной фабрики. Ведь ей предстояло совершить невозможное: в течение кратчайшего времени полностью обеспечить потребности советской авиации и воздушно-десантных войск в парашютах!

И Михаил Савицкий вместе со своими коллегами с этой задачей справился более чем достойно. Вскоре после сдачи первых НИИ-1 в производство были запущены еще три типа парашютов: ПЛ-1 для летчиков, ПН-1 для летнабов (то есть штурманов) и ПТ-1 для учебно-тренировочных прыжков. Вот как описывала эти парашюты изданная в 1936 году книга «Парашютизм. Вопросы теории и практики парашютного дела»: «Парашют, применяемый у нас, относится к парашютам свободного падения системы "Ирвин". Изготовляется он в четырех вариантах: 1) Парашют-подушка для сидения (П.Л.) (для летчиков); 2) Нагрудный парашют (П.Н.) (для летчиков-наблюдателей); 3) Наспинный парашют (для воздухоплавателей и планеристов); 4) Тренировочный комплект (П.Т.), состоящий из двух парашютов — главного (наспинного) и запасного (нагрудного). На нем совершаются все спортивные и экспериментальные прыжки».

«Наспинным парашютом» в то время назывался созданный чуть позднее, чем ПЛ, ПН и ПТ, парашют ПД-1, то есть десантный. Сконструировал его сам Михаил Савицкий в 1931 году, и тогда же была выпущена первая партия этой системы в количестве 70 штук. Всего же в том году первая в СССР парашютная фабрика смогла сшить более 5000 парашютов, которые немедленно разобрали по всем авиачастям и аэроклубам. А на следующий год объем производства резко вырос: в 1932-м фабрика выпустила, как это и было запланировано, 12 035 парашютных комплектов всех моделей, и больше эти системы наша страна для военных нужд не экспортировала.

ПД-1 официально поступил на вооружение молодых воздушно-десантных войск в 1933 году. Его «летные» коллеги — ПЛ-1, ПН-1 — быстро совершенствовались: очень быстро появились вторые, третьи и четвертые модели этих систем, с которыми советские ВВС прошли всю Великую Отечественную войну (эти парашюты и сегодня находят в боевых самолетах тех времен российские поисковики). Тренировочный ПТ-1 стоял на вооружении до 1940 года, и за это время с его помощью были установлены 22 рекорда страны, в том числе и прыжок с минимальной высоты 80 м. Но все это было бы вряд ли возможно, если бы не была проведена та колоссальная работа, которая началась в мастерской в Арсеньевском переулке и принесла свой первый результат 18 апреля 1930 года — на три с половиной месяца раньше, чем родились Воздушно-десантные войска.

Первый автобус Далее в рубрике Первый автобус18 апреля 1922 года в Москве начали курсировать первые пассажирские автобусы — в нашей стране впервые появились городские автобусные перевозки пассажиров

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
История, политика и наука с её дронами-убийцами
Читайте ежедневные материалы на гуманитарные темы. Подпишитесь на «Русскую планету» в соцсетях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»