«Забытых могил в России — миллионы…»
Картина «Трагедия в Карском море 12 августа 1944 года». Художник В.Н. Адаев

Картина «Трагедия в Карском море 12 августа 1944 года». Художник В.Н. Адаев

Как проходила поисковая экспедиция на острове Белый

Алексей Матвеев, заместитель директора Омского областного музея изобразительных искусств им. М.А. Врубеля, и поисковики проекта «Карские экспедиции» в августе обнаружили во льдах останки 13 пассажиров БД-5 — советского военно-морского внутреннего арктического конвоя времен Великой Отечественной войны.

Конвой был потоплен 12–13 августа 1944 года у острова Белый в Карском море немецкой подводной лодкой U-365. Погибли 378 военнослужащих и работников тыла из числа 752 участников конвоя. Трагедия унесла жизни всех детей и большинства женщин. Судьба 51 человека ранее оставалась неизвестной.

— Два года назад мой товарищ Александр Шлюшинский из салехардского музея им. Шимановского предложил поучаствовать в экспедиции по поиску братской могилы пассажиров конвоя БД-5. Я изучил материалы и обнаружил одну важную для меня вещь: когда в Карском море разыгралась эта трагедия, и Салехард, и Ямал, и остров Белый территориально входили в состав Омской области! Мы воспринимаем нашу малую родину как тыловой регион, где ковалась победа, но и у нас шла война, гибли люди.

Путь на Север

На остров Белый отправились два отряда волонтеров — морской и сухопутный. Сухопутников было 10 человек, включая Алексея Матвеева. Это люди разных профессий: историки, краеведы, педагоги, строители из Салехарда, Москвы, Севастополя, Екатеринбурга, Новосибирска, Новороссийска.

— От Салехарда мы пять часов летели вертолетом на остров Белый, самую северную точку Ямало-Ненецкого округа, — рассказывает Матвеев. — Остров вполне соответствует своему названию: даже днем из-за постоянного тумана не разглядишь товарища, отошедшего на несколько метров. Населения здесь нет, только домик полярников почти за 10 километров от базы.

Настоящие хозяева острова — белые медведи. Бежать от них бесполезно — они двигаются быстрее. Стрелять в косолапых нельзя — занесены в Красную книгу России. Не боятся никого и ничего, разве что вездехода «Трэкол», перевозившего поисковиков по суше.

Хотя и суша здесь — понятие относительное. Свободна ото льда площадь всего в 20 кв. м из 700 кв. м, и та за десятилетия с открытия первой гидрометеорологической станции превратилась в грязно-ледяное крошево. По периметру остров уставлен сжатыми бочками из-под топлива, ржавой техникой — ямало-ненецкие экологи решили очистить край Земли от почти векового хлама.

Алексей показывает старую черно-белую карту Карского моря, окружающего остров, испещренную какими-то прямоугольниками.

— Это — затонувшие корабли, — поясняет он. — Во время Великой Отечественной войны Северный морской путь был одним из самых надежных и дешевых — по нему доставляли грузы, оборудование, оружие, людей. Вот это — теплоход «Марина Раскова», пассажиров которого мы ищем, точнее, то, что от них осталось. Ямало-Ненецкий округ по собственной инициативе и на свои деньги взялся разыскивать затонувшие корабли и погибших людей. Сейчас на Ямале известно 19 воинских захоронений — погибшие участники конвоев, летчики, персонал полярных станций, обстрел которых вели корабли военно-морского флота фашистской Германии.

Как погибал конвой

По данным краеведов-добровольцев, 8 августа 1944 года из Северодвинска, который тогда назывался Молотовском, отправился конвой БД-5: теплоход «Марина Раскова» в сопровождении трех тральщиков. Первые буквы мест отправки и назначения дали конвою название: Белое море — Диксон. Этот полярный конвой был уже пятым за годы войны.

«Марина Раскова» везла экипаж, военных, смену полярников, семьи тех, кто работал на Диксоне — женщин и детей. В трюмы загрузили 6 тысяч тонн продовольствия и технических грузов для военно-морской базы и полярных станций.

12 августа 1944 года на конвой напала немецкая подводная лодка U-365. Пока «Марина Раскова» держалась на плаву, людей эвакуировали на тральщики, которые, впрочем, вскоре были затоплены. Единственный оставшийся смог доставить на берег только чуть более 100 человек.

— Люди пытались спасаться на яликах, вельботах, кунгасах, а Карское море в это время очень штормило, — рассказывает Алексей. — Их искали всей возможной морской авиацией. Последних нашел 23 августа Матвей Ильич Козлов со своим экипажем. Обнаружил кунгас, но, поскольку самолет уже был перегружен, он 8 часов кружил над ним в надежде, что его запеленгуют и придут на помощь. Никто не пришел… Козлов с риском для жизни экипажа приводнился на гребень волны. Члены экипажа его гидросамолета ныряли в ледяную воду, чтобы из полузатопленного кунгаса затащить в самолет еле живых людей. Вытащили 14 живых, мертвых оставили на судне. Там, по изначальным подсчетам, должно было быть 84 человека, но, конечно, уже не было — температура в море минусовая, еда и питьевая вода давно кончились, люди обессилевали и умирали.

Матвей Ильич Козлов

Матвей Ильич Козлов. Фото: polarpost.ru

С покойных сразу снимали теплую одежду и опускали в море. Перегруженный самолет взлететь не мог, пошел по неспокойному морю, как глиссер. Через несколько часов его обнаружил советский военный корабль, принял людей. Козлов взлетел и на последних каплях горючего дотянул до своей базы. Экипаж во время полета не спал двое суток. Матвей Козлов совершил невозможное. Но Героя Советского Союза за этот подвиг ему не дали — были у него какие-то проблемы с партией.

Спасательная операция закончилась 23 августа 1944 года. Погибли 378 человек, в том числе 107 женщин и все дети. А через несколько дней к острову Белый прибило судно с мертвыми людьми, их было 15. Полярники вызвали похоронную команду.

— Похоронные команды состояли, как правило, из людей, не пригодных ни к труду, ни к службе, — продолжает Алексей. — Они вынесли тела из кунгаса, сложили на берегу, кое-как присыпали песком… Только в 1947 году на мысу Рогозина оказались полярники, увидевшие разбросанные по берегу человеческие черепа, кости, частично изгрызенные животными. Они сложили останки в огромный брезентовый куль, оттащили подальше от берега, сколотили вокруг невысокий большой ящик с перекрытием из толстых бревен, соединив их железными скобами. Так была сооружена братская могила, над которой поставили православный — это в годы-то советской власти! — крест.

Крест продержался почти 20 лет, после чего захоронение было утеряно. В 2008-м о нем узнал салехардский краевед Сергей Шулинин. Он и инициировал проведение всероссийской экспедиции памяти к месту гибели конвоя БД-5, причем увлек ею даже губернатора Ямало-Ненецкого округа.

Тринадцать судеб

Все, что было у поисковиков экспедиции, в которой работал Алексей Матвеев, — старая карта с едва заметной точкой креста, две фотографии из советских газет и металлодетекторы, которые могли среагировать на железо. По ним и двигались — ползли, перетряхивая каждую пядь грязи: детекторы реагируют на 20–25 см вглубь, а сколько с тех пор нанесло песка, ила, снега...

— Мы пошли туда с одной общей целью — хотелось в год 70-летия Победы сделать что-то для людей, ушедших в вечность неопознанными, неупокоенными, — поясняет Алексей. — Наверное, у каждого была и своя, личная цель. Мой дед-фронтовик умер, когда мне было десять, не успел его даже расспросить. Может, поэтому остров встретил нас достаточно дружелюбно. Почти тепло — до –5 градусов, что для начала августа редкость. Даже искупались. Но это — лихость. А так целый день копаешь в грязи, в тумане… Воду постоянно откачивали, чтобы можно было хоть как-то рыть. Одежда специальная, но дождь, туман, все промокает насквозь. Спиртное запрещено, доползешь до бани — жизнь! Много работали, хотя и строго по графику. Каждый из нас знал: поиск — это марафон, нельзя делать рывков, быстро выдохнешься. Уставали так, что в сон просто проваливались.

Сначала находили позеленевшие копейки, мелочь россыпью, потом стали попадаться гильзы, перочинные ножи, изъеденные временем, обнаружились даже две армейские книжки. Это стало знаком того, что братская могила где-то близко.

— У археологов есть примета: невозможно найти то, что ищешь, легко. Надо заработать кровью, потом, жертвой. За день до того, как отыскали могилу, застрял в ледяной грязи вездеход, убились, пока вытаскивали всей командой. Перед этим еще упал и бесследно исчез беспилотник, у которого отказали все три канала связи, — вспоминает Алексей.

На следующий день примета сработала. Команда прибыла на раскоп, наполненный водой. С моря — сильный холодный ветер. Только установили насос, и тут запищал металлодетектор. Пошли на звук в почву и отрыли два бревна, скрепленных скобой. Стояли в полной растерянной тишине. И вдруг, не сговариваясь, подняли руки вверх и на все Карское море закричали: «А-а-а-а-а-а-а!» На большее сил не было.

Поисковики у часовни на базе полярников острова Белый

Поисковики у часовни на базе полярников острова Белый. Фото из архива проекта «Карские экспедиции»

В береговом песке в 50 метрах от воды на глубине 30–40 см обнаружились человеческие череп, позвоночник, фрагмент кисти, торчащий из свитера.

— Это место не попадало ни в одну из наших гипотез, — пожимает плечами Алексей. — Оно находилось в 25 метрах западнее найденных на пляже монет, пуговиц. Рядом с костями обнаружено два бревна диаметром 15–20 см, скрепленных железными скобами. Спасибо полярникам — их скобы помогли нам.

Доложили начальству, получив приказ: законсервировать объект до прилета судмедэксперта. Останки 13 людей должны быть подняты из почвы по всем правилам Российской Федерации. Поисковики накрыли раскоп белой дышащей пленкой, присыпали землей, перекрыли досками, чтобы останки не расшевелили медведи.

— Мы смогли за шесть дней в необитаемой части острова найти могилу участников конвоя БД-5, — размышляет Алексей. — Могли мы сделать это раньше, не отрабатывая гипотезы, оказавшиеся в итоге неверными? Нет. Нужно было всем вместе платить острову — своим потом, криком, усилиями. Остров принял жертву и отдал нам людей.

После поехали на базу полярников — к построенной рядом часовне. Зажгли свечи и верующие, и неверующие. Плакали каждый по-своему. Просили прощения, молили упокоить души людей, погибших в конвое БД-5, чей прах потревожили.

— Я почему-то вспоминал фразы из воспоминаний участницы конвоя БД-5 Надежды Морозовой. Шулинину удалось найти пятерых выживших участников конвоя. Вместе с другими 13 людьми ее, 18-летнюю девчонку, ехавшую к молодому мужу на Диксон, удалось спасти с полузатопленного кунгаса. Она рассказывала, что, когда началась бомбежка, было так страшно, что одна женщина, бросив своего трехлетнего ребенка, метнулась к трапу. И все расступились перед ней. Поплыли на шлюпке, которую заливало по пояс, на тральщик не успели — взорвался. Штормило три дня. Съели собаку, но все равно по 10 человек в день умирали.

Поисковикам удалось выкопать из песка и грязи кунгас — спаситель и гроб пассажиров БД-5. С 1944 года он стоял, погруженный вглубь побережья острова.

Еще в Омске во время подготовки к экспедиции Алексей Матвеев с другом Алексеем Гришиным на собственные деньги изготовили три памятные таблички с QR-кодом героям войны-омичам, чьими именами названы улицы. На полярной станции с Сергеем Дятченко и Дмитрием Голиковым поставили такие же. Одну — конвою БД-5, о котором собрал информацию Сергей Шулинин. Другую — Герою Советского Союза Александру Полянскому, бывшему радисту ледокола «Георгий Седов», с 1941 по 1944 год служившему начальником полярной станции на Белом.

— Вы сделали все что могли, Алексей?

— Мы нашли останки 13 людей. Дальше бортом на Белый прибыла Ирина Плетянова, эксперт Российского центра судебно-медицинской экспертизы Минздрава РФ, чтобы провести измерения костных останков, используя специальную аппаратуру и оборудование. Криминалисты возьмут образцы ДНК у родных, с помощью 3D-метрии сделают слепки черепов. Станут известны имена погибших. В завершении экспедиции останки людей будут перезахоронены рядом с полярной станцией на высоком берегу станционной протоки. Это торжественное событие. Да, наверное, мы сделали, что могли… Но уже после нашей 20-дневной экспедиции, в Омске пришли сны. Тревожные, дающие ощущение присутствия — наверное, тех, в чьи судьбы мы вмешались. И главное чувство — будто они чего-то ждут от нас. Таких забытых могил в России — миллионы…

«Никто не знал, что происходит» Далее в рубрике «Никто не знал, что происходит»Кировские ликвидаторы аварии на комбинате «Маяк» поделились воспоминаниями с РП Читайте в рубрике «История» Семеро пойдут, Сибирь возьмут!Каникулы в Историю. Серия пятая. Семеро пойдут, Сибирь возьмут!

Комментарии

19 сентября 2015, 23:39
Кстати Северный путь будет возрожден. Россия ударными темпами строит ледоколы, скоро поплывут караваны через льды.
20 сентября 2015, 23:02
Арктика тает, еще лет десять и можно будет на обычных кораблях рассекать
21 сентября 2015, 16:19
Кому от этого хуже? Россия в принципе находится на среднерусской возмыженности, значит нам только теплее станет
22 сентября 2015, 20:03
Есть мнение, что это цикличные процессы, и через какое-то время суровый полярный климат возьмёт своё.
21 сентября 2015, 12:54
Молодцы, благое дело, как говорится война не закончена, пока не похоронен последний солдат
22 сентября 2015, 20:08
А вот я почему-то наоборот склоняюсь к тому, что не стоит ворошить прошлое и покой усопших. Достаточно памяти о судьбах этих людей.
Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Анализ событий России и мира
Подпишитесь на «Русскую планету» в социальных сетях. Только экспертный взгляд на события
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»