Спасская башня с дюжиной поросят
Музей Гусевского хрустального завода. Фото: Никита Ефимов / «Русская планета

Музей Гусевского хрустального завода. Фото: Никита Ефимов / «Русская планета

Как сегодня работает знаменитый Гусевский хрустальный завод

Печи Гусевского хрустального завода, который поставлял посуду еще к императорскому двору в дореволюционной России, прекратили работу в 2012 году. Казалось, город окончательно потерял предприятие. Но в конце 2013-го производство возобновилось. Корреспондент РП побывал на возрожденном заводе.

«Когда завод остановился, мы рыдали»

— Чувствуешь, какой жар идет? — спрашивает меня один из стекловаров, когда мы подходим к работающим заводским печам. — Это настоящее сердце предприятия. Раскаленное сердце. Стекловар хмурится, склоняясь над какими-то штуковинами. У меня есть время осмотреться. В центре цеха — прямоугольники кирпичной кладки. Вокруг — разнообразное дополнительное оборудование. Жара действительная сильная. Спустя минуту в цехе уже хочется скинуть куртку. Заведующая заводской образцовой — музея завода — Галина Власова, выступая в роли экскурсовода, проводит ликбез: сейчас створки закрыты, температура печи достигает 1450 градусов. К утру, когда начнется работа, печь остудят до 1250 градусов по Цельсию. Именно при такой температуре выдувают хрусталь.

Работая над изделиями, мастера пользуются так называемыми трубками-самодувками. На конце — резиновая груша. Первые такие устройства внедрили еще в 50-х годах прошлого века.

— До чего же радуются школьники на экскурсиях, когда выдувальщик дает им потрогать эту трубку, — с гордостью добавляет Галина. — Экскурсантов к нам сейчас много ходит, и ребятишки, и взрослые. Туристы, посещающие наш замечательный музей хрусталя, могут за дополнительную плату побывать на производстве. Мы заключили специальный договор с музейщиками.

Печь — одна из последних фаз на пути от начала работы до готового изделия. В самом начале первые эскизы делает художник. Создается деревянная вырезка, по которой потом делается форма — с ней и работает выдувальщик. Какие-то изделия можно сделать за час, на иные вазы рабочего дня не хватит.

Мы проходим в отдел обработки, где специалисты доводят изделия до ума. Здесь на гладких поверхностях появляются знаменитые алмазные грани, которыми славится Гусь-Хрустальный. Сейчас в помещении работают несколько станков. Из специальных кранов на каждом станке, журча, льется вода.

В руках у шлифовщицы Елены Масальской будущая стеклянная конфетка. К ней с двух сторон приделают еще два элемента — концы фантика. Когда-то первые такие изделия выпускали специально для знаменитой кондитерской фабрики «Красный октябрь».

Елена работает шлифовщицей десять лет. После закрытия любимого предприятия пришлось переквалифицироваться в продавщицы.

В руках у шлифовщицы Елены Масальской будущая стеклянная конфетка. Фото: Никита Ефимов / «Русская планета»

— Мы несколько лет до закрытия трудились очень дружным коллективом. Когда нас сокращали, было грустно и больно. Распадалась бригада. Я, помню, плакала, — признается Масальская. — За меня очень переживали родные, всячески поддерживали. Но и сама я верила, что когда-нибудь завод снова будет работать. Восстановление производства стало буквально бальзамом на душу. Когда меня вновь позвали трудиться на завод, даже не размышляла. И с восстановлением завода даже название города приобрело дополнительный смысл. Наш хрусталь — самый лучший. Он и прозрачный, и звенит по-другому, благородно.

— Да когда завод остановился, все мы тогда рыдали в голос, что и говорить, — оживляется еще одна шлифовщица, Татьяна. — Как может быть Гусь-Хрустальный без великолепного хрусталя? Абсурд же. Ну а теперь мы снова работаем.

Правда, сначала пришлось постараться не только инвесторам: работники предприятия приводили в порядок цеха, выгребали мусор, таскали оборудование.

Для арабских шейхов и администрации президента

В восстановлении предприятия активно участвовали, в том числе, владимирские бизнесмены и администрация региона. Вложения в запуск производства составили около 100 млн рублей. Сегодня на Гусевском хрустальном заводе имени Акима Мальцова трудятся около 80 человек.

— У нас работают шесть горшковых печей. Варим в среднем около двух тонн продукции в сутки, — говорит главный инженер предприятия Николай Воробьев. Он долгое время проработал на заводе, начинал стекловаром и мастером смены. — При этом сегодня мы производим изделия из бесцветного и цветного хрусталя. Можем работать с набором в два десятка цветов. Ответственно могу сказать, что на текущий момент наш завод — единственное подобное предприятие в России. Такие технологии больше нигде не используются.

Заводская печь. Фото: Никита Ефимов / «Русская планета»

В разные времена изделия завода дарили и российскому императору, и Леониду Брежневу, и Владимиру Путину. Работы гусевских художников есть у многих современных политиков. А вот в открытую продажу продукции поступает мало.

По словам Николая Воробьева, в девяти случаях из десяти завод работает по заказам. О том, сколько превосходных вещей сделано, главный инженер может рассказывать очень долго.

– Большое спасибо администрации Владимирской области и лично губернатору Светлане Орловой. Во многом благодаря ей завод получает все больше новых заказчиков. Наша продукция сегодня — это элитные художественные вазы, какие-то стильные интерьерные вещи, эксклюзивные люстры и многое другое. Делаем сувенирную продукцию для многих известных фестивалей. В числе наших заказчиков — РЖД, администрация президента, ФСБ, многие другие структуры. По сути, мы можем создать из хрусталя что угодно. Уже делали, к примеру, хрустальную Спасскую башню, хрустальный парусник. Для географического общества произвели мини-глобус — и Крым на нем был выделен отдельно.

Воробьев подчеркивает, что практически все сырьевые материалы, которые используются в работе, из России, а продукция уходит и за границу.

— Сейчас у нас есть довольно состоятельные клиенты в Объединенных Арабских Эмиратах, Ливане, Иране, — отмечает собеседник.

— Настоящие шейхи?

— Именно. Берут очень дорогие вещи — выразительные составные вазы из нескольких элементов.

За одну такую вазу иностранные заказчики готовы отдать 150–200 тыс. рублей.

— Вот в начале марта приезжал представитель из Ливана, — подхватывает заведующая образцовой Галина Власова. — Так вот, он осмотрел завод, а потом говорит: «Я же возвращаюсь к вам. Еще 10 лет назад с этим предприятием сотрудничал». Слышать такие слова было очень приятно.

Интересуюсь у Николая Воробьева, как предприятие чувствует себя в непростых экономических условиях. Все-таки, когда производство восстанавливали за счет инвестиций, кризиса не было.

— Мы уверенно стоим на ногах. Сейчас выходим на уровень безубыточности и продолжаем двигаться дальше, развиваться, — уверен Воробьев.

В отделе обработки работают несколько станков. Фото: Никита Ефимов / «Русская планета»

Крепкая порода

Позднее, когда мы идем по образцовой, в разговоре всплывает тема традиций. Когда завод разваливался, многих жителей Гусь-Хрустального удручало еще и то, что теряется школа мастеров. Удалось ли сохранить династии и традиции?

— Непростой вопрос. Очень непростой. Гусевские художники и стекловары — крепкая порода с большими традициями. Многие мастера, действительно, сегодня не с нами. Кого-то уже просто не стало, — рассуждает Галина Власова. — Но, в то же время, работает потрясающий художник Владимир Иванович Касаткин. Есть и другие достойные творцы. Жаль, молодежь не идет на завод именно в мастера, в стекловары. Попробуй-ка, потрудись у такой печи. При этом никто не даст работать над изделием месяц. Потому что сегодня приходится творить, но выживать — все смотрят и на финансы тоже. В то же время знаю, что многие бывшие работники сегодня трудятся в мастерских у частников.

Власова знает, о чем говорит. Она пришла на завод хрусталя шлифовщицей в 1966 году. Позднее работала на разных участках и должностях. Сейчас хранит музейные экспонаты и водит экскурсии. На ее столе — папки с паспортами изделий. Некоторые остались еще от советского периода.

— Разбираюсь, постепенно навожу порядок, — улыбается заведующая.

Тут, в образцовой, есть копия той самой Спасской башни со звездой. А еще колоритная свинья с дюжиной поросят — сделали для директора одного из аграрных предприятий. А еще — копия кубка России по футболу, который спортсмены разбивали уже дважды.

— Раньше делали призы для музыкального фестиваля «Новая волна» в Юрмале. И сейчас делаем. Опять-таки, к нам начинают обращаться те, с кем традиционно работали раньше, — с гордостью рассказывает Власова. — Когда речь шла о восстановлении производства, были разные варианты. В том числе говорили о производстве потока продукции из стекла: обычных фужеров, стопок и прочего. Может, с экономической точки зрения в этом есть здравое зерно. Только ведь это совсем не то. Наше предприятие славно отличным хрусталем.

Образцовая — второе место в городе, где можно полюбоваться на работы местных мастеров. Первое — музей хрусталя в Георгиевском соборе. Не первый год идут разговоры о том, что здание музея в перспективе может быть передано Русской православной церкви.

— В городе это активно обсуждают, — рассказывает Власова. — Лично я против. Действующим храмом собор практически не был, а сегодня это храм стекла.

Предприятие не простаивает

Владимир Касаткин — художник-стеклодел в третьем поколении, почетный член Российской академии художеств, обладатель многочисленных званий и наград. Отдал заводу почти 50 лет. Одним из последних уходил, когда предприятие закрывалось. Одним из первых вернулся на производство.

— Предприятие не простаивает. Это важно и для нас, работников, и для города, — скромно говорит легенда хрустальной пластики.

Новая работа художника-стеклодела Владимира Касаткина. Фото: Никита Ефимов / «Русская планета»

Коллеги добавляют, что Касаткин и сегодня не сидит без дела. Все время выдумывает что-то новое, пытается воплотить в жизнь массу идей. Так, в год 70-летия Великой Победы воплотил новую композицию «Дни боевые». Хрустальная георгиевская ленточка — не каждый день такое увидишь.

— Мы с коллегами за Владимиром Ивановичем наблюдаем с придыханием, перенимаем опыт, — рассказывает мне художник Светлана Березина.

Светлана работает на заводе с осени 2014 года. Родилась в Челябинске, училась в Санкт-Петербурге, работала на заводе в Дятьково.

— Когда там начались финансовые проблемы и все стало закрываться, я узнала о Гусевском хрустальном заводе. Приехала — и не пожалела. И город нравится, и предприятия. Здесь очень интересно, потому что хрусталь цветной. Больше творческих возможностей.

Банки пойдут под сокращение Далее в рубрике Банки пойдут под сокращениеТоп-30 кредитных организаций показали убытки

Комментарии

01 апреля 2015, 08:31
Отрадно читать подобные статьи, приятно видеть, что российское производство возрождается, продукция имеет спрос. Несколько лет назад я сам следил за судьбой этого завода (в плане возможного сотрудничества), печально было видеть, что такое старейшее и важнейшее для региона предприятие терпит убытки и близко к развалу.
01 апреля 2015, 09:41
У меня дома имеется небольшая коллекция изделий из Гусь-Хрустального, приобретенная еще в начале 90-х. Неплохая посуда, кстати говоря, с фантазией.
01 апреля 2015, 17:26
Вам повезло!
02 апреля 2015, 11:22
Очень многим повезло тогда уж.)
А вообще - раз уж завод теперь вновь работает - значит повезло всем нам.
02 апреля 2015, 11:23
Спасибо, отличный материал, очень интересно и познавательно. Рад что все стало на свои места и заработало.
Кстати, а где можно их готовую купить продукцию ?
02 апреля 2015, 20:23
Какая же это всё-таки тяжелая, трудоемкая и затратная по времени работа... Я в шоке - ведь все делается практически вручную!
Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Читайте самое важное в вашей ленте
Подпишитесь на «Русскую планету» в социальных сетях и читайте наиболее актуальные материалы
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»