«Гремит лишь то, что пусто изнутри»
Сцена из спектакля «Лир». Фото: teart.by

Сцена из спектакля «Лир». Фото: teart.by

Спектакль Константина Богомолова «Лир» вызвал скандал еще до показа

На сцене московского Электротеатра «Станиславский» 6 июня состоится показ восстановленного спектакля «Лир», поставленного скандально известным режиссером Константином Богомоловым еще в 2011 году на подмостках петербургского «Приюта комедианта».

Спектакль — лауреат Национальной театральной премии «Золотая маска» (2013 год) в номинации «Лучшая женская роль»; награду получила заслуженная артистка России Роза Хайруллина, сыгравшая Лира. Москвичи уже имели возможность увидеть постановку и оценить ее. С одной стороны, был полный аншлаг, а либеральная пресса рукоплескала режиссеру. С другой, Богомолов угодил под шквал уничтожающей критики, исходящей с противоположного политического и культурного фланга.

Сейчас скандал потихоньку начал разгораться еще до первого показа. Гражданин РФ Денис Тимофеев написал в полицию жалобу на спектакль, усмотрев в нем признаки экстремизма и состав преступления, предусмотренного статьей 282 УК РФ «Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства». Тимофеев не думает, что у дела имеется судебная перспектива, но надеется, что таким образом будет дан старт общественной дискуссии и самые одиозные сцены, оскорбляющие ветеранов и верующих, будут из спектакля удалены.

После подачи жалобы Тимофеев подвергся резкой критике за то, что сам он полностью спектакля не видел. Все это повторяет обвинения в адрес митрополита Новосибирского и Бердского Тихона, направившего в прокуратуры жалобу на спектакль «Тангейзер». Владыка тоже сам постановку не смотрел, а мнение о ней составил по рассказам прихожан и рецензиям. Стоит заметить, что главным оскорбительным для верующих моментом спектакля был некий плакат, содержание которого оказались не в состоянии описать в телеэфире даже самые ярые защитники свободы слова вообще и режиссера Тимофея Кулябина в частности.

Константин Богомолов

Константин Богомолов. Михаил Метцель/ТАСС

Кажется, что в случае с «Лиром» золотое правило «вначале посмотри сам — потом выскажись» помнить нужно, но здесь оно не совсем применимо. В таком духе высказался Тимофеев, когда РП обратилась к нему за комментарием. Он считает, что, когда попираются фундаментальные моральные нормы, когда сознательно оскорбляются религиозные чувства, достаточно посмотреть на фотографии, снятые на прошлых показах, чтобы сделать соответствующие выводы.

«Про меня сказали, что я, дескать, только посмотрел программку и побежал писать жалобу в полицию, — говорит Тимофеев. — Но в интернете много разнообразных рецензий, есть куски видео в YouTube, масса фотографий. Кроме того, в своем решении я основывался на экспертизе, проведенной Татьяной Троицкой, искусствоведом, религиоведом, лингвистом и юристом. Ее экспертное мнение я целиком разделяю: спектакль содержит признаки, предусмотренные ст. 282 УК РФ. Поэтому я приложил к своему заявлению ее экспертизу».

Собственно, провокационность спектакля не только не скрывается режиссером, организаторами показа и благожелательными критиками, но, наоборот, ставится Богомолову в заслугу. «Провокационная рефлексия о природе российского тоталитаризма», — пишет, например, Кристина Матвиенко, называя «Лира» «опытом новой коммуникации». То, что спектакль есть «опыт» (и прежде всего над зрителями), понятно, но не вполне ясно, почему «новой» и «коммуникации».

На сайте Электротеатра каждый может прочитать, что «Лир» — первый провокативный (выделено РП) спектакль Богомолова, свободная композиция по мотивам трагедии Шекспира, произведениям Ницше, Варлама Шаламова и стихам Пауля Целана». Организаторы почему-то забыли упомянуть, что в шекспировский текст также включены цитаты из Самуила Маршака и, чтобы уж совсем было круто, отрывки из Откровения Иоанна Богослова.

Далее в анонсе сказано, что «"Короля Лира" режиссер превратил в черную комедию, соединив несоединимое: зрелищность, агрессивную театральность, гротесковую актерскую игру с гэгами и аттракционами — с размышлениями о человеке и современности. Наряду с классическими персонажами трагедии на сцену выходят пророк Зороастр и Посол Европы г-н Заратустра, генерал Семен Михайлович Корнуэлл (аллюзия на Буденного), писатель Самуил Яковлевич Глостер (аллюзия на Маршака) и доктор Лунц (в исторической реальности — полковник КГБ, психиатр, автор идеи карательной психиатрии в СССР)».

Действие перенесено из Британии в как бы разрушающуюся Россию. Зритель увидит на сцене грязные кирпично-мраморные стены, пол, засыпанный щебенкой. В общем, «Москва, Красная площадь, 1941 год». Роли женщин исполняют мужчины, и наоборот. В одной из сцен артисты появляются с православными иконами в руках и с ночными горшками на головах, что есть, по нашему мнению, просто оскорбление, а никакая ни художественная метафора. Плутание мысли Богомолова можно долго описывать. Ограничимся несколькими эпизодами, замеченными человеком, точно видевшим спектакль.

«Лир объявляет о разделе страны, ему приносят надутую куклу из sex-shop’a, на которой нарисована карта, — пишет в рецензии Марина Дмитревская. — В страстном припадке, под музыку Лир ласкает грудь и промежность куклы, олицетворяющей державу, с которой он расстается, но которую вожделел всю жизнь… Надо сказать, Содом и Гоморра не вызывают у Богомолова отвращения, он представляет все это без апокалипсического содрогания, даже с некоторым сладострастием. Вот женщина (Роза Хайруллина) в виде мужчины ласкает как бы женщину, это определенный гомосексуальный акт, поставленный с явным удовольствием. Мужчина Корделия в белом платье или мужчина Регана с декольте выглядят просто забавой для "нетрадиционно ориентированных", и "омужичивание" актрис — явление того же порядка. Несомненно, режиссер пишет свои фантазии поверх соскобленного шекспировского текста, создавая авторский миф о конце советского света».

Сам режиссер в интервью журналу GQ в 2015 году пояснял, что «до основания можно измельчить, а можно из осколков сложить что-то новое. Разрушение — важная вещь. Восприятие людей зашорено, забетонированы дырки, в которые должна проходить информация. Эти дырки нужно пробить, чтобы дать доступ новому. Надо сначала уничтожить сложившиеся у человека структуры восприятия. Я же делаю не политический или социальный театр. Мои спектакли про эстетику, а не про политику». Но, кажется, тут Богомолов сильно лукавит. И что это за художник, для которого «разрушение — важная вещь»? Ах! Пардон, конечно, видимо, какой-нибудь постмодернистский или даже постпостмодернистский.

Сцена из спектакля «Лир»

Сцена из спектакля «Лир». Фото: teart.by

Спектакль, как замечает Дмитревская, заканчивается тем, что «Корделия, надев шлем истребителя, прилетит на родину не то с захватчиками, не то с освободителями, и на рукаве у нее будет повязка не то с фашистской эмблематикой, не то с логотипом одной интернет-игры». Звучит песня «День Победы», аранжированная в стиле группы Rammstein. Денис Тимофеев считает: все эти жуткие и жалкие попытки что-то сказать обществу про тоталитаризм на самом деле есть глумление и прямое издевательство над нашим народом.

Еще яснее выразились в рецензии «Коммерсанта»: «Петербургский "Лир" — не частый на современной российской сцене пример режиссерского сочинения, столь же изобретательного и увлекательного, сколь нелегко усваиваемого, требующего от зрителя не только думать и постигать смыслы, но и преодолевать свою неприязнь. Оттолкнувшись от трагедии Шекспира, режиссер Богомолов залезает в коллективное подсознательное советской истории, вторгается в самое святое, которое, естественно, и оказывается самым болезненным: действие спектакля происходит накануне и во время войны, которая, по Богомолову, должна быть обозначена как война нашего фашизма с их фашизмом (выделено РП).

Так что зря говорит Богомолов, что его «Лир» не про политику. Его спектакль и есть чистая политика, и ни разу не искусство. Когда тебе со сцены говорят, что твой народ в той ужасной войне представлял из себя фашистскую орду, неотличимую от германской, то ты, несомненно, занимаешься уже не решением нравственных вопросов времен сталинской тирании и коммунистических идеалов, ты уже — политик. Богомолов, желая «дать доступ новому», обсуждает вопросы и события общественной жизни, связанные с функционированием государства, но нет, не обольщайтесь, конечно, не сталинского, а несомненно, сегодняшнего. Для сегодняшнего государства и, как это ни печально, и для нынешнего русского народа Великая Отечественная — святыня. Хочет этого Богомолов или нет. Но режиссер сознательно восстает против этого, и даже не с целью сказать «покайтесь, люди русские, ибо и сталинизм мерзок перед Богом». Нет, здесь виден явный политический интерес: представить сам факт появления ТАКОГО спектакля как обвинительный акт в отношении России по типу приговора Нюрнбергского трибунала. Вот почему режиссеру абсолютно не важно, по Шекспиру развивается действо или нет. Вот почему и этот длинный ряд «соавторов». Вот почему, отмечают критики, фактически отсутствует финал — он не нужен.

Что касается художественной стороны, опять же согласимся с Мариной Дмитревской: «Как говорил Чехов, "у умственно несвободных людей всегда бывает путаница понятий". "Лир" представляется мне спектаклем человека несвободного и изживающего эту несвободу в сценической вседозволенности». А человек, политически ангажированный, художником и свободным творцом быть не может. Так не бывает. И поэтому в данной ситуации вполне возможна жалоба гражданина РФ (а Тимофеев настаивает, что делает это только как гражданин страны) в полицию, ибо своим политическим поступком, а не художественным высказыванием режиссер нарушил закон. Гражданин Тимофеев, да и многие русские не хотят более ввязываться в игру «я художник, и я в домике — ты чумазый, и ничей». Мы вовсе не хотим сказать, что Богомолов агент какой-то политической силы. Его биография и действительно удачные, талантливые работы не дают поводов для такого вывода. Но, видимо, он стал заложником определенной политической идеи. А политика, она ведь дама слишком вооруженная. И именно в ее арсенале для политиков прытких, поверхностных и в итоге неудачливых есть одно самое страшное оружие — забвение. 

«Не поехать в школу — самое строгое наказание» Далее в рубрике «Не поехать в школу — самое строгое наказание»В Волгограде успешно реализуется эксперимент по инклюзивному образованию Читайте в рубрике «Культура» Мария Шалаева: «Я так рыдала, когда узнала, что поступила в театральный»«Я спрашиваю у коллег по театру: «Ребята, со мной что-то не так?» Мария Шалаева: «Я так рыдала, когда узнала, что поступила в театральный»

Комментарии

05 июня 2016, 21:16
С этими явлениями бороться можно двумя способами, первы йэто их не замечать, так посутапет вся прогрессивная общественность, не замечает пресса. не замечает и народ, либо запрещать, но это путь порочный, собственно выбирайте какой вам нравится
Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Анализ событий России и мира
Подпишитесь на «Русскую планету» в социальных сетях. Только экспертный взгляд на события
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»