Битва за Киев: «Полудети» против красных

	
		Учебная атака дивизии украинских войск, 1918 год. Фотография с обложки книги В. Солдатенко «Гражданская война в Украине. 1917–1920 гг.»


	 

Учебная атака дивизии украинских войск, 1918 год. Фотография с обложки книги В. Солдатенко «Гражданская война в Украине. 1917–1920 гг.»  

Валерий Солдатенко. «Гражданская война в Украине. 1917-1920 гг.»

Украинский вопрос для русского сознания имеет пусть вялотекущий, иногда остро вспыхивающий, но так и нерешенный характер. Приняв постсоветские границы, риторика о «братском» украинском народе не исчезла. Общественное сознание вяло отпускает Украину за ментальные границы россиян.

Публикации исследований украинских историков в России заведомо проходили почти незамеченными. Это касается и работ Михаил Грушевского столетней давности, и вышедшего в прошлом году «Очерка украинской истории» Натальи Яковенко. «Российская демократия заканчивается там, где начинается украинская независимость», - в этом наблюдается удивительная для российской истории преемственность. Только книге бывшего украинского президента Леонида Кучмы «Украина – не России» за счет ее удачно провокационного характера удалось нарушить заведенный порядок вещей.

Книга украинского историка Валерия Солдатенко «Гражданская война в Украине. 1917-1920 гг.», к сожалению, никак не меняет существующую ситуацию отсутствия российско-украинского общественной дискуссии. Книга вышла маленьким тиражом в издательстве «Новый хронограф» – меньше 1000 экземпляров, и скорее всего, как это случилось даже с трудом Кучмы, в России мало кто воспользуется очередным шансом ознакомиться с официальной украинской версией общей истории.

Главным достоинством книги служит ее же и главный недостаток – сухой и скупой язык исторической хроники, который никак не способствует увлекательному чтению, но позволяет забыть о том, что текст в неявной форме полемизирует с российской официальной историографией. Дело в том, что целью украинских историков с конца XIX века и поныне является выделение национальной истории из имперских нарративов соседних стран. Собственно сама постановка вопроса о том, что в 1917-1920 годах в Украине шла своя особая гражданская война, для россиян может оказаться неожиданной и требующей дополнительных объяснений. Этим Солдатенко и пытается заниматься на страницах своей книги, аккуратно выводя украинскую историю из российской.

C разрешения издательства «Новый хронограф» «Русская планета» публикует фрагмент, посвященный знаменитому бою под Крутами в январе 1918 года, который официально в украинской историографии рассматривается как подвиг во имя независимости страны и борьбы с большевизмом.

«…Отчаянную попытку не столько спасти Украинскую революцию, Украинскую Народную Республику, сколько, пожалуй, отстоять их честь смогла лишь небольшая группа патриотически настроенной молодежи.

С началом наступления на Киев красных, в условиях общей растерянности, даже сплошной паники способными на самоотверженные действия оказались, прежде всего, студенты и гимназисты. Уже 5 января 1918 г., т. е. в день сдачи Полтавы, на собрании студентов младших курсов Киевского университета Св. Владимира и вновь основанного Украинского народного университета, созванном по инициативе галицких студентов, было принято решение приступить к созданию студенческого куреня Сечевых стрельцов для участия в борьбе против советских войск. В формирование «под угрозой бойкота и исключения из украинской студенческой семьи должны вступить все студенты-украинцы». Кроме студентов, в состав куреня были привлечены ученики двух старших классов 2-й украинской им. Кирилло-Мефодиевского братства гимназии. В общем, записалось около 200 человек (одна сотня затем участвовала в боях в Киеве, то есть не оставила город). Военные власти в качестве командира назначили старшину (сотника) Омельченко, который в то время был зачислен студентом Украинского народного университета, и выделили для добровольцев помещения Константиновского юнкерского училища.

Высшее государственное руководство, бесспорно, было хорошо осведомлено о патриотическом порыве молодежи и морально, да и идейно, поддержало его. Так, 11 января 1918 г. «Новая Рада» – газета украинских социалистов-федералистов, влиятельной фракции в Центральной Раде – опубликовала обращение «К украинскому студенчеству»: «Пришло грозное время для нашей Родины. Как черное воронье, облепила нашу Украину российско-«большевистская» (ничего общего не имеющая с идейным большевизмом) грабительская, захватническая орда, и Украина, отрезанная отовсюду, может  в итоге оказаться в очень затруднительном положении. В это время Украинская фракция центра Университета св. Владимира призывает студентов-украинцев всех высших школ немедленно прийти на помощь своему краю и народу, единодушно встав под знамя борцов за свободу Украины против захватчиков, которые хотят ликвидировать все, что добыто нами длительным, тяжелым героическим трудом. Нужно любой ценой остановить этот поход, который может привести Украину к страшной руине и долговременному упадку. Пусть каждый студент-украинец помнит, что в это время преступно быть безразличным. Надо бросить на это время науку и будничную работу и одной дружной лавиной, как было в начале революции, встать на защиту прав украинского народа. Будем же, товарищи, искренними и чуткими! Оставим временно кормило науки и отважно пойдем к кормилу победы! Кому, как не нам, нести светоч сознания и отваги нашим братьям-воинам! Смело же, дорогие товарищи, долбим нашу скалу и идем отдать, может, последнюю услугу тому великому строительству, которое мы же сами вели – Украинской державе!

В течение 5–6 дней (8–13 января) молодые добровольцы пытались получить амуницию, вооружение и овладеть элементарными навыками обращения с ним. В казармах Константиновского училища, занятых, естественно, с разрешения военного начальства, качественной подготовки за крайне короткие сроки осуществить не удалось.

…15 января утром 116 студентов (первая сотня) были уже на станции Круты (утверждение о подвиге под Крутами «нескольких сотен киевских студентов и гимназистов» не находит документального подтверждения – В. С.), и большинство из них отправились на рытье окопов вдоль железнодорожного пути между Крутами и Плисками. С обеих сторон боевые позиции занял отряд юнкеров в 200 человек.

Утром 16 января отряд балтийских матросов под командованием Ремнева (по некоторым данным, до 2 тыс.) на марше неожиданно натолкнулся на встречный плотный огонь юнкеров и студентов. Возникло смятение. А тут еще подоспел броненосец сотника Лощенко с пушкой и начал вести прицельный огонь по тылам тех, кто наступал. В некоторых источниках упоминается еще о двух батареях и двух бронепоездах. Так или иначе, ворваться в Круты «с ходу» красным не удалось.

Дальнейшее течение дня воссоздать в деталях непросто – настолько противоречивые сведения сообщают даже сами его участники.

В прессе по «свежим следам событий» развитие трагедии нашло такое отображение: У каждого юного защитника Крут «было всего по три обоймы патронов. ...А надо уже воевать, ибо неожиданно подошел враг и начал обстреливать их пулеметным и пушечным огнем. Через короткое время возникла новая неожиданность: с боковой линии из Чернигова подошли несколько российских эшелонов и начали обстрел с тыла. Дальше было такое: штаб никаких приказов не шлет, патронов и оружия бойцам не присылает. Все патроны израсходованы. Единственная пушка, которой располагали юнкера, замолчала, выпустив последнюю шрапнель. Пришлось посылать кого-то на станцию искать командира и штаб. Их на станции уже не было. Они отправились за своим поездом, не сообщив своему войску, не послав ему никакого приказа, а бросились отъезжать так, что забыли отцепить от своего поезда вагоны с оснащением к пушкам и патронами, и увезли их. Наших солдат россияне окружили и перебили».

Итак, какими бы героическими ни были действия защитников малоизвестной до того железнодорожной станции, они изначально не имели никакого шанса на успех, тем более – на перелом общей ситуации на фронте. Поэтому под конец дня Круты были уже в руках большевиков, а путь на Киев, где началось восстание рабочих против Центральной Рады, был открыт.

Позже много писалось, с одной стороны, о кровопролитности боя, неоднократных атаках моряков, отличавшихся неслыханной жестокостью, и то, что их мужественно сдерживали «полудети» (Д. Дорошенко), которые якобы еще и бросались в контратаки. А с другой – об отсутствии у студентов патронов, да и элементарного умения стрелять (многие из них получили в руки винтовки непосредственно накануне боя), о том, что юношам было крайне неудобно в неуклюжих битых валенках, в которые их второпях обули. Хотя склады Первой украинской военной школы (бывшего Константиновского юнкерского училища) «ломились» от новеньких сапог и т. п. Все же студентам каким-то чудом удалось отойти с позиции в открытое поле (1 км от станции) и ожидавшим эшелоном отъехать в сторону Киева. Организованному осуществлению последней операции помогло то, что юноши заблаговременно разобрали железнодорожные пути и «оторвались» от преследователей.

Возможно, закреплению в публикациях очевидных преувеличений в какой-то мере способствовало и то, что амбициозный М. Муравьев стремился показать своему начальству собственные особые заслуги в борьбе за новую власть и в донесениях Главнокомандующему войсками по борьбе с контрреволюцией на Юге России В. Антонову-Овсиенко явно «приукрашивал» жестокость единственного боя, который пришлось дать советским войскам на пути в  Киев, умышленно завышал силу сопротивления врага, использовал в донесениях даже нелепицы. «После двухдневного боя, – сообщал он, – первая революционная армия Егорова при поддержке второй армии Берзина возле ст. Круты разбила контрреволюционные войска Рады, руководимые самим Петлюрой. Петроградская красная гвардия, Выборгская и Московская гвардии вынесли почти одни весь бой на своих плечах. Петлюра во время боя пустил поезда с безоружными солдатами с фронта навстречу революционным войскам, которые наступали, и открыл по несчастным артиллерийский огонь. Войска Рады состояли из батальонов офицеров, юнкеров и студентов, которые, кроме зверств, совершенных в отношении солдат, возвращавшихся с фронта, избивали сестер милосердия, попавших в их руки. Иду на Киев. Крестьяне восторженно встречают революционные войска».

…Впрочем, стремиться к опровержению любых обоюдных неточностей, рафинированию деталей не так уж важно. Общих представлений о расстановке сил в районе боя, как и о стратегическом положении УНР, достаточно, чтобы понять абсолютную детерминированность конечного исхода. Просто лишнее «копание» в фактах похоже на желание усомниться в высоком героизме и патриотическом самопожертвовании юных борцов за идею, преданных защитников национального дела».

В. Солдатенко, Гражданская война в Украине. 1917-1920 гг. – М.: Новый хронограф, 2012.

Комментарии

27 мая 2013, 21:20
Нуж­но запретить Антонову называть себя Антоновым-Овсеенко, — он должен называться просто Овсеенко. То же самое нужно сказать о Муравьеве (если он останется на посту) и других.

Ленин 14(1). III. 1918
Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Анализ событий России и мира
Подпишитесь на «Русскую планету» в социальных сетях. Только экспертный взгляд на события
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»