История всероссийской политической стачки
Бастующие рабочие у ворот Путиловского завода, 1905 год. Фото: ТАСС

Бастующие рабочие у ворот Путиловского завода, 1905 год. Фото: ТАСС

Стачечное движение в царской России было важнейшим фактором внутриполитической жизни

История стачечного движения началась еще задолго до нашей эры: первый зафиксированный историками организованный протест провели рабочие, трудившиеся на Рамзеса III в 1152 году до н.э. (известен даже день рождения забастовки — 14 ноября). В Россию стачки пришли во второй половине XIX века — особенно важным периодом стали 1880-е годы, когда промышленный кризис привел к снижению заработной платы фабричных рабочих. Одной из первых крупных стачек стала та, что прошла 7–17 января 1885 года на текстильной фабрике «Товарищества Никольской мануфактуры Саввы Морозова, сына и Ко» в селе Никольском (позднее село вошло в состав города Орехово-Зуево).

Кто «разморозил» стачки?

Недовольство среди рабочих зрело давно: в период с 1882 по 1884 год владельцы фабрики проводили снижение зарплаты целых пять раз, при этом обременяя рабочих новыми штрафами — порой они достигали половины заработка. Непосредственным толчком стало объявление праздника Иоанна Крестителя (7 января) рабочим днем. Заметную роль сыграла психология старообрядцев (как известно, и Морозовы, и многие их рабочие принадлежали к старообрядческой общине): дело в том, что капитал на строительство фабрики был предоставлен Морозовым всей старообрядческой общиной, продолжавшей рассматривать их предприятия как некое коллективное достояние — несмотря на то что уже в 1850-е годы Морозовы стали собственниками своих фабрик. Многие рабочие-старообрядцы по-прежнему считали, что, задействуя на фабрике их труд, Морозовы в первую очередь должны заботиться об их благополучии, а не своем собственном, и ужесточение условий труда вызывало у них возмущение. Например, Морозовы нанимали некоторых рабочих на полугодие (с Покрова до Пасхи или с Пасхи до Покрова), потом преспокойно избавляясь от лишних рабочих рук, обирали их с помощью высоких цен в харчевой лавке, в которой рабочие вынуждены были закупать продовольствие.

Организаторами Морозовской стачки стали двое рабочих — член Северного Союза русских рабочих Петр Моисеенко и «неформальный лидер» Василий Волков. Устроив две тайные встречи с наиболее авторитетными рабочими, они убедили их остановить фабрику 7 января. Утром этого дня толпа рабочих вышла из фабричных корпусов на улицу, а затем принялась громить квартиры директора и особо ненавистного мастера Шорина, а также харчевую лавку. Администрация известила об инциденте Тимофея Морозова, владимирского губернатора и министра внутренних дел. К ночи в Орехово-Зуево стали прибывать армейские части. Не желая кровопролития, Морозов попытался договориться с рабочими, пообещав вернуть все штрафы за два месяца. Протестующие передали владимирскому губернатору тетрадь со своими требованиями. Среди них было несколько основных условий. Так, штрафы не должны были превышать 5% с заработанного рубля, а вычеты за прогул должны быть не более 1 руб. Рабочий получал право уйти с предприятия, заявив об этом за 15 дней, а хозяин не мог его уволить, не известив за те же 15 дней заранее. Показательно, что рабочие требовали, чтобы эти условия труда были зафиксированы в законе. Участники стачки также пытались ввести элементы рабочего и государственного контроля над производственным процессом и трудовыми отношениями.

Ткацкие фабрики Саввы Морозова. Источник: zuevo.ru


Губернатор, обсудив с Морозовым требования рабочих, известил последних о том, что фабрикант не собирается идти им навстречу. Во время объяснений губернатора с толпой солдаты начали аресты — были схвачены 52 рабочих, в том числе Волков. Возмущенная толпа кинулась освобождать арестованных. В ответ на это солдаты начали новые аресты. Рабочих высылали с фабрики в родные города и села. Арестовав руководителей выступления, губернатору удалось добиться прекращения стачки. Однако рабочие одержали моральную победу над фабрикантом и властями: состоявшийся в следующем году суд над арестованными разнес весть о стачке по всей стране, а присяжные полностью оправдали арестантов, ответив словом «нет» на список из 101 обвинения, представленный прокурором.

«Фабрика Морозова была защищена китайской стеной от взоров всех, туда не проникал луч света, и только благодаря стачке мы теперь можем проследить, какова была жизнь на фабрике. Если мы читаем книгу о чернокожих невольниках, возмущаемся, то теперь перед нами белые невольники... Я коснусь здесь одного: сколько зарабатывал рабочий, и сколько с него высчитывали в виде штрафа. Цифры говорят ясно: средний заработок рабочего 8–9 рублей, вычеты в среднем — от 2,5 до 3 рублей. Можно ли было существовать на этот заработок...» — говорил на суде один из присяжных. Впрочем, руководители стачки все равно были высланы на Север на несколько лет.

Морозовская стачка стала «аттестатом зрелости» для зарождавшегося стачечного движения в России — это был первый пример массовой и одновременно организованной борьбы рабочих за свои права. Во второй половине 1880-х среднее ежегодное число стачек выросло в 1,5 раза по сравнению с аналогичным показателем за первую половину десятилетия. Правительство, осознавая масштабы угрозы, приняло в 1886 году новый фабричный закон, в котором было установлено уголовное наказание за участие в стачках. Правда, закон пользовался не только кнутом, но и пряником: он ограничивал произвол предпринимателей, обязывая их вносить в расчетную книжку условия найма, а заработную плату выдавать не реже двух раз в месяц деньгами. Штрафовать рабочего теперь можно было только за небрежную работу, прогул или нарушение порядка. Штрафы не могли превышать трети заработка, причем полученные этим путем деньги капиталист имел право использовать лишь на выплату пособий рабочим (в случае потери трудоспособности, похорон и т.п.).

Памятник участникам Морозовской стачки 1885 года. Фото: Фред Гринберг / РИА Новости


Однако вместо того, чтобы снизить остроту рабочего движения, закон лишь привел к обострению. Дело в том, что контроль за его исполнением был возложен на фабричных инспекторов, а их число было недостаточным для эффективной работы: было назначено лишь 20 инспекторов, а общее число предприятий в России на тот момент превышало 17 тысяч. Наиболее значительные выступления происходили в Москве, Петербурге, Владимирской и Ярославской губерниях, на Урале, Кавказе, Украине, в Польше и Белоруссии. Стачки зачастую выходили за пределы фабрики, где они были начаты, — их поддерживали и рабочие других предприятий. Все чаще правительству приходилось использовать для подавления стачек войска, а фабрикантам — уступать требованиям рабочих. Следует отметить, что в этот период требования рабочих носят в основном экономический характер: основная масса трудящихся заводов как огня боялась «политики». Примеры политических стачек довольно редки: (можно вспомнить стачки 1890 и 1891 годов в Петербурге и стачку ткачей Лодзи 1892 года).

Вскоре после выхода закона о штрафах в 1886 году забастовали свыше 3 тысяч рабочих петербургских мануфактур Паля и Максволя. Власти силой подавили стачку, арестовав 72 участников стачки. Однако в следующем году стачки текстильщиков в Петербурге повторились. Произошел ряд забастовок и в Московской губернии — на Рябовской, Высоковской и ряде других мануфактур. А с принятием в 1889 году I конгрессом II Интернационала решения о праздновании 1 Мая в качестве международного праздника трудящихся массовые стачки-маевки, устраиваемые одновременно рабочими многих фабрик, превратились в традицию: на первую маевку дружно вышли 10 тысяч рабочих Варшавы. В последующие годы на маевки выходили трудящиеся Петербурга, Тулы, Лодзи, Вильнюса, Казани, Киева и т.п.

В конце 80-х годов стачечная борьба текстильщиков городов Шуи, Иваново-Вознесенска и Коврова Владимирской губернии неоднократно выливалась в столкновения с полицейскими. В 1890 году стачка на Большой Ярославской мануфактуре переросла в стихийное выступление толпы из 4 тысяч рабочих: они били стекла в цехах и квартирах служащих, забрасывали полицию поленьями и кирпичами. Рабочих, громивших фабрику и дома фабрикантов, удалось остановить лишь войскам.

«Промышленная война»

В 90-е годы XIX века стачки становятся важным фактором политического развития страны. Рост их значения был в первую очередь обусловлен двумя причинами. Прежде всего, благодаря индустриальному развитию выросла численность пролетариата. Кроме того, в среду рабочих проникли социалистические идеи — трудящиеся теперь выдвигали не только экономические, но и политические лозунги.

Важную роль в истории стачек в России сыграли фабрики Иваново-Вознесенска, работники которых подвергались жесточайшей эксплуатации. Среднемесячный заработок рабочих местных фабрик не превышал 14 рублей, а рабочий день длился по 12–14 часов в сутки (то есть был не только намного ниже, чем заработок трудящихся Санкт-Петербурга и Москвы, но и ниже, чем во многих провинциальных городах страны). При этом мастера бессовестно штрафовали рабочих: система штрафов сама по себе превратилась в незаменимую составляющую доходов фабрикантов. Производство было вредным: в некоторых цехах рабочие то и дело падали в обморок из-за паров отбеливающих и красильных химикатов, высокой температуры воздуха и т.д. Профессиональной болезнью текстильщиков была чахотка.

Еще в 1885 году тысячи текстильщиков города вышли на объединенную забастовку, требуя повышения тарифов за выполняемые работы и отмены ночных смен. Вызванные для усмирения бастующих казачьи части рабочие закидывали камнями. Губернатор был вынужден надавить на фабрикантов, чтобы те пошли на уступки — так, зарплата была повышена на 5%. В декабре 1897 года ткачи города снова вышли на забастовку — на этот раз в ней приняли участие более 14 тысяч человек, требовавших возвращения отмененных ранее праздничных дней, установления рабочего контроля над капиталом, формировавшимся из штрафов. Подавлением стачки занималась почти тысяча солдат и казаков, встретивших ожесточенное сопротивление. Стачечникам удалось добиться некоторых уступок от предпринимателей.

Участники первой Ярцевской стачки ткачей в Смоленской области. Репродукция: РИА Новости

В 1896–1897 годы массовые стачки рабочих Петербурга вылились в настоящую «промышленную войну»: между толпами рабочих и полицией, усиленной войсками, происходили настоящие сражения. В начале ХХ века накал постоянно рос: 7 мая 1901 года в Петербурге 3,5 тысячи бастующих рабочих Обуховского завода в течение нескольких часов камнями и кусками кирпича отбивали атаки конной полиции. В результате этого инцидента, получившего название «Обуховская оборона», 800 участников были арестованы, суд отправил 29 из них на каторгу. А уже в следующем году власти должны были задействовать казачьи части для подавления крупной стачки в Ростове-на-Дону, в ходе которой были убиты и тяжело ранены 26 человек. В марте 1903 года войска расстреляли бастующих рабочих Златоуста (25 убитых и в 10 раз больше раненых). Однако протестующих запугать не удалось — в ответ на усиление репрессий поднялись рабочие Юга России: разрастаясь, стачка летом 1903 года охватила 200 тысяч рабочих крупных промышленных центров Украины и Закавказья — Керчи, Одессы, Николаева, Екатеринослава, Елисаветграда, Киева, Тифлиса, Батума.

В целом численность участников стачек за десять лет (с 1894 по 1904 год) превысила 400 тысяч человек. В начале нового века заметно выросло количество политических стачек: если в 1900–1902 годах политические требования звучали примерно на каждой пятой стачке, то в 1903–1904 годах — на каждой второй. В целом этот период ознаменовался повышением уровня организованности стачек и демонстраций, а также усиливающейся поддержкой со стороны интеллигенции, в первую очередь студентов.

Всероссийская политическая стачка и Манифест 17 октября

Благодаря Первой русской революции рабочее движение поднялось на недосягаемую ранее высоту. Как известно, прологом к событиям Кровавого воскресенья послужила общегородская стачка трудящихся Петербурга, инициированная рабочими Путиловского завода. В октябре-декабре 1905 года в стачечном движении участвовало в 1,5 раза больше рабочих, чем в самом начале революции. Действия пролетариата впервые координировали политические организации: так, стачечным движением в Москве руководил Московский комитет РСДРП.

Крупнейшее событие рабочего движения этого периода — Всероссийская политическая стачка. 19 сентября (2 октября) в Москве началась экономическая забастовка печатников, к которым присоединились булочники, табачники, трамвайщики. 24–25 сентября на улицах города произошли кровавые столкновения рабочих с полицией, подстегнувшие к участию в забастовочном движении трудящихся жизненно важных для экономики страны отраслей: так, к забастовке примкнули московские металлисты. По призыву Петербургского комитета РСДРП стачку солидарности объявили столичные типографщики. Митинги и демонстрации прошли и в других городах.

В октябре забастовали рабочие Московско-Казанской железной дороги, а неделю спустя оказались парализованными уже 14 крупнейших железных дорог страны общей протяженностью 40 тысяч км. Железнодорожники требовали законодательно установленный 8-часовой рабочий день и немедленный созыв Учредительного собрания. Почин железнодорожников подхватили рабочие фабрик и заводов: прекратили работу не только промышленные предприятия, но и транспорт, электростанции, почта, телеграф, учреждения, магазины, университеты и гимназии. Правительство было в панике. «Всероссийская политическая стачка, — писал Ленин, — охватила на этот раз действительно всю страну, объединив в геройском подъеме самого угнетенного и самого передового класса все народы проклятой империи Российской».

В Петербурге, Екатеринославе (Днепропетровске), Киеве, а затем и в других городах стали возникать неформальные органы самоуправления – Советы рабочих депутатов. В Москве, Петербурге, Ярославле, Харькове, Тбилиси, Риге, Вильнюсе образовались профсоюзы. Рабочие выдвигали политические лозунги: «Долой царское правительство!», «Да здравствует вооруженное восстание!», «Да здравствует демократическая республика!».

Всероссийская Октябрьская политическая стачка. Митинг рабочих Московского железнодорожного узла. Октябрь 1905 года. Репродукция: РИА Новости

Число лишь фабрично-заводских и железнодорожных рабочих и служащих, принявших участие во всероссийской стачке, составляло не менее 1 млн 750 тысяч, в целом же число бастующих достигало 2 млн человек. К движению примкнули мелкое чиновничество, студенты, служащие. В Екатеринославе, Харькове и многих других крупных промышленных центрах начались баррикадные бои. Генерал-губернатор столицы Дмитрий Трепов, желая припугнуть рабочих, велел расклеить на улицах приказ войскам: «Холостых залпов не давать и патронов не жалеть». Однако царское правительство осознавало, что террор ведет лишь к усилению протеста: 17 октября Николай II сделал шаг, направленный на демократизацию ситуации в стране, — подписал манифест о даровании политических свобод и созыве законодательной Думы. Это снизило накал протеста и постепенно привело к временному ослаблению рабочей борьбы.

На пути к революции

Несмотря на то что в результате Первой русской революции положение рабочих заметно улучшилось, стачечное движение отнюдь не сошло на нет: рабочие осознали эффективность этого инструмента давления на правительство и время от времени прибегали к нему, чтобы добиться повышения заработной платы и нормализации условий труда.

Новый виток развития стачечного движения связан с Первой мировой войной. В годы войны жизненный уровень населения постоянно снижался, и налоги и разного рода поборы ложились на плечи рабочих непосильным бременем. Во всех отраслях промышленности стал применяться труд женщин и детей. Законы об охране труда перестали соблюдаться: правительство было заинтересовано в изготовление боеприпасов и получении необходимых ресурсов для фронта, а не в благополучии трудящихся: рабочий день теперь длился по 10–12 часов. Стачки были запрещены, а с их участниками обходились по законам военного времени, зачастую отправляя недовольных прямиком на фронт.

В сложившейся ситуации социалистическая пропаганда среди рабочих действовала особенно успешно. В течение 1915 года (25–30 мая и 10–13 августа) дважды поднимались иваново-вознесенские ткачи. В августе войска встретили огнем 25-тысячную толпу, двигавшуюся к тюрьме, чтобы освободить арестованных вождей стачки. Около 100 рабочих было убито и ранено. В феврале 1916 года в Петербурге произошли крупнейшие стачки Первой мировой войны в России: поднялись рабочие Путиловского завода, требуя увеличения зарплаты на 70%. Их поддержали рабочие Путиловской судоверфи. Стачка превратилась во всеобщую. Правительство закрыло завод, а свыше 2 тысяч активистов отправило на фронт. Однако в ответ на репрессии поднялся весь город: общегородская забастовка, в которой участвовали 73 тысячи рабочих с 49 предприятий, длилась четыре дня.

Стачка сыграла свою роль и в окончательном падении империи: как известно, Февральская революция началась с выступления 200 тысяч петроградских рабочих, потревоженных перебоями со снабжением столицы хлебом. Начавшееся как борьба за права рабочих, стачечное движение уничтожило страну, в которой зародилось. История стачки, впрочем, поучительна: не сумев найти компромисс между стремящимися к сверхприбыли капиталистами и требовавшими достойных зарплат рабочими, царское правительство неожиданно для себя оказалось не у дел.

Успение Пресвятой Богородицы Далее в рубрике Успение Пресвятой БогородицыПочему Новый Завет молчит о последних днях Девы Марии

Комментарии

28 августа 2015, 14:48
Добрый день. Познавательная статья, но ряд анахронизмов в наименовании населенных пунктов стоит отметить. Петербург применительно к событиям 1916 г. уже Петроград. Вильнюс станет Вильнюсом не ранее 1939 г. - на момент указанных в статье событий - Вильна. Тбилиси - в составе Российской империи значился Тифлисом и современное название получил в 1936 г. Да и Орехово-Зуево на момент стачки по большому счету не существовало - был ряд сел, причем Зуево находилось в Московской губернии, а Орехово, наряду с Никольским во Владимирской. Единое поселение было образовано в 1917 г.
2. " 200 тысяч рабочих крупных промышленных центров Украины и Закавказья — Керчи, Одессы, Николаева, Екатеринослава, Елисаветграда, Киева, Тифлиса, Батума" - А куда автор относит Керчь к Украине или Закавказью? Вопрос деликатный, хотя Таврическая губерния была сначала в составе Российской империи, а затем РСФСР. Хотя по большому счету процитированное предложение содержится в учебнике В. А. Федорова и вопрос может и не совсем к автору статьи.
28 августа 2015, 14:59
Совершенно неудивительно, что в России произошла революция, еще совсем недавно узнал про детскую смертность в царской России, это же ужасно, почти половина детей умирала до 5 лет, средня продолжительность жизни в России при Николае 2, была 30 лет. Как любил говорить СоЛЖЕницын, а сейчас Михалков - Россия которую мы потеряли и слава Богу, что ту Россию мы потеряли
28 августа 2015, 15:08
Добрый день, Антон. Думаю детская смертность была даже выше - мне разок попалось "Санитарное описание Череповецкого уезда за 1882-89 гг. Там приводились примерные показатели младенческой смертности - до 90 %. Это правда по сельской местности, в силу тяжелого быта и рождений в основном в июле и январе (из-за постов).
29 августа 2015, 05:25
Через боль, кровь и лишения наши предки проламывали путь к трудовому кодексу.
Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Анализ событий России и мира
Подпишитесь на «Русскую планету» в социальных сетях и читайте статьи экспертов
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»