«Фашистская гадина разевала рот»
Фото предоставлено государственным архивом Орловской области

Фото предоставлено государственным архивом Орловской области

О чем писали родным и близким освободители Орла

5 августа в Орле празднуют День города, приуроченный ко Дню освобождения от фашистских захватчиков. Воспоминания очевидцев тех событий запечатлены в письмах, документах и фотографиях. Как они поддерживали родных и близких, что советовали и о чем переживали, узнавала «Русская планета».

«О себе мне писать сейчас нечего»

Одно из самых первых писем из тех, что хранятся сейчас в Государственном архиве Орловской области, написано накануне войны. Бывший учитель из села Черное Знаменского района Василий Зиновьев, будучи призванным в армию, пишет отцу: «Часто писать письма, папа, совсем не о чем. А в настоящее время дела обстоят еще хуже, и перепиской нет возможности писать. Усиленно готовимся к грядущим схваткам». Это единственное письмо, которое уцелело в семье после гитлеровской оккупации. Сам политрук Зиновьев воевал в 1943 году в саперных войсках и погиб в боях за Смоленск. Место захоронения его неизвестно.

Большинство писем с фронта обязательно содержали «отцовский пламенный привет», «красноармейский пламенный привет» и обязательную просьбу адресату непременно прочитать письмо «всем нашим колхозникам» или соседям.

«Фашистская гадина разевала рот, и во все свое поганое горло немцы кричали, что разобьют Красную Армию. Такого не было и никогда не будет! — пишет своей «многоуважаемой супруге» Тане и двум детишкам участник Орловско-Курской битвы, командир танкового батальона Дмитрий Овсянников 22 июня 1943 года. И тут же добавляет: — Как растут ребята? Как ихнее здоровье? Что пишут мои товарищи? Прошло ровно два года, как мы с вами разлучены этой проклятой войной. Но не только с вами, но и друзьями, знакомыми, родной станицей. Попрошу я тебя, Таня, вышли мне фото и маленький подарок — носовой платок в конверте… Готовимся к боям…».

Старший лейтенант Овсянников погиб в июле 1943 года при освобождении деревни Студенок Пенновского сельсовета Орловского района.

Фото предоставлено государственным архивом Орловской области

Фото предоставлено государственным архивом Орловской области

И даже в нежных письмах к невестам наряду с трогательными и нежными переживаниями обязательно были обещания разгромить врага и вернуться домой.

 «Ты знаешь, с каким нетерпением я жду твои письма! — пишет невесте Нэле Янковской, студентке 1-го курса Лесохозяйственного института в Брянске, гвардии капитан 287-й стрелковой дивизии Виктор Тихомиров. — Нэля, дорогая, пиши о своей учебе, развлечениях… О себе мне писать сейчас нечего. Мы готовы к полному разгрому Германии. Наш удар будет сокрушительным. Мы пойдем еще дальше — на Запад. Чтобы побыстрее прийти на Восток».

После войны Нэля Янковская стала женой Виктора Тихомирова. Он награжден орденом Красной Звезды, медалями «За победу над Германией», «За освобождение Праги».

Там, дома, в поддержке мужей, отцов и братьев, ушедших на фронт, нуждались не меньше, чем они в весточках, отправленных на фронт.

«Танкисты не знают страха»

Конечно, описание сражений в письмах фронтовиков женам и детям сильно отличалось от газетных публикаций. Но описанные в них порой моменты говорили больше, чем самые пафосные призывы разгромить фашистов.

«Дорогая моя Веруська! Прости, что так долго тебе не писал, — обращается в письме к жене 21 июля 1942 года танкист Анатолий Сегедин. — До 5 июля большей частью готовились к бою. Рано утром 6-го двинулись… Грохот от бомбардировщиков и артиллерии стоял такой, что превратился в страшный гул! В начале боя был ранен командир нашей части, и я принял командование на себя. Все последующие атаки водил сам, и довольно удачно. Во всяком случае, не посрамил земли русской, и лишний раз подтвердились мысли нашего командования и немцев, что танкисты не знают страха. Хотя в газетах об этом не писали, но мы продвинулись вперед на нашем участке, несмотря на бешеное — именно бешеное! — сопротивление немцев. Пленные немцы говорят: «Рус панцирь гут!» Конечно! Когда им приходится туго, они науськивают бомбардировщиков, завывают сиренами... Кого-то в этом бою мы недосчитались. Особенно мне жалко нового старшего лейтенанта из Белоруссии. Он умер дважды. Сначала его смертельно ранили, но не успел он умереть от раны, как через несколько минут загорелся живьем. Его семья — двое сыновей и жена где-то в Западной Белоруссии. До последнего времени мы не знали, где они».

Анатолий Сегедин участвовал в сражениях под Москвой, Смоленском. Был ранен в феврале 1943 года.

Оккупированный Орел тоже освобождали танкисты. И среди них были те, кто родился и вырос в этом городе.

«Здравствуйте, дорогие Маша, Лена, Зина и ребята! — пишет родным, находившимся в эвакуации, орловец Владимир Богданчиков. — Шлем вам большой привет из нашего Орла! Даже не верится, что нахожусь я в своем родном городе. Проехали по всем основным улицам города, и перед глазами мелькают так давно знакомые виды… В Орел я вошел вместе с передовыми частями армии рано утром 5 августа. И сейчас же поехал к Марфе. Дороги еще были не разминированы, но я рискнул: уж очень велико было желание узнать о судьбе наших. Подъехал к дому Марфуши, смотрю — окна забиты, дом закрыт. Ну, думаю, никого нету. Начал стучать. Дверь открыла Марфуша, никак не поверила, что я приехал! Иван Васильевич, Марфуша, Инночка — все живы и здоровы! Лиза и Вика тоже. А вот Колю марфушенькиного угнали в Германию…».

Для Богданчикова Орел — родной город. Тут он родился, отсюда был призван в армию после окончания индустриального техникума. Участвовал в боях на Халхин-Голе, где был ранен. После демобилизации по направлению комсомола был принят в НКВД. Неоднократно переходил линию фронта, выполняя задания в тылу врага, в том числе и в оккупированном Орле. После освобождения Орла был направлен в Брянск для ликвидации банд, остававшихся в лесах. После войны работал в НКВД и УМВД.

«Простите, мамочка, что я вам таки пишу»

«Здравствуйте, многоуважаемая мамочка, Толя, Рая! Простите, мамочка, что я вам таки пишу — совершенно незнакомый вам человек, — так начинается письмо жительницы Одесской области Натсуни Бокач родителям 21-летнего бойца в Болхов. Алексей Тараканов погиб в боях на реке Буг, освобождая маленькую деревню Осиповку. Его тело и письмо, написанное домой за день до гибели, женщина нашла в поле после боя. — Я хочу вам рассказать о вашем сыне Алексее Алексеевиче. Когда у нас вечером проходил фронт, на другой день вступили красные. До полудня отступали от немецких войск и танков. Наших начали гнать назад, припирая до реки Буг. Много поубивали красных, в том числе и вашего сына… На другой день переменился фронт, начали красные наступать. Пошли низинами и прогнали немцев».

В письмо украинки было вложено письмо Алексея Тараканова, которое он так и не успел отправить маме.

«Мама, мы находимся на фронте, двигаемся все вперед, на румынскую землю. Остаюсь жив-здоров и вам желаю всего хорошего. При получении моего письма напишите скорее, что у вас дома нового. При получении моего письма передавайте всем привет. Мама, где мы находимся, уже настало лето…».

Последним стало письмо и летчика-радиста из деревни Новая Слободка Малоархангельского района Георгия Винокурова.

«Здравствуй, сестрица Катюша! — пишет он домой с Орловско-Курской битвы в сентябре 1943 года. — Разреши тебя поздравить с Великим праздником, днем освобождения нашего любимого города Енакиево! Проклятые фашистские варвары хозяйничали в нем около двух лет. И сейчас те, кто остались живы, вздохнули полной грудью и смогут вольно погулять и свободно поговорить».

Гвардии старшина погиб через несколько дней, как записано в официальных документах, «в районе цели Болтушино». Его самолет подбили вражеские истребители и артиллерия. Винокуров направил горящую машину в самую гущу немецкой колонны танков и мотопехоты. Самолет взорвался. Экипаж погиб. Место захоронения неизвестно.

«Вот этот день тоже войдет в историю»

В последние дни войны в ожидании победы над фашистской Германией красноармейцев волнуют все больше заботы мирные. Их ждут не только как героев-освободителей, но все больше как мужей, отцов, братьев — тех, кому еще предстоит возрождать после войны родную землю.

«Дорогой мой родной Вовуська! — пишет сыну 9 мая 1945 года старший сержант Алексей Лазарев, принимавший участие в освобождении Орла. — Я поздравляю тебя с Великим Днем Победы и окончанием войны. Вот этот день тоже войдет в историю. Ты себе представить не можешь нашу радость и гордость за нашу Великую Родину. Немцы уже тоже рады, что их командование капитулировало — они намучились с этой проклятой войной. Ты ждешь ответа на свое какое-то письмо. Милый мой, ведь по-моему я ответил тебе на все вопросы и даже наверняка ты без них знаешь, что я скажу или что желаю тебе только счастья в жизни большего, чем себе. В конце письма философия твоя немного непонятна мне. Понимаю только, что в отношениях с людьми ты вкладываешь слишком много искренности. А иногда бывает полезна и простая любезность: она нужна и достигается воспитанием. Поговорим обо всем при встрече — близкой и радостной! Целую тебя. Крепко обнимаю. Твой старик, который "все знает". Папа».

Алексей Лазарев сражался в 413-й стрелковой дивизии. Награжден орденом Красного Знамени, медалями «За отвагу», «За освобождение Варшавы», «За боевые заслуги». После войны вернулся к профессии землеустроителя, кем и был в мирное довоенное время.

Докапитализация мимо кассы Далее в рубрике Докапитализация мимо кассыДеньги, выделенные на финансирование реального сектора, уходят совсем в другом направлении Читайте в рубрике «История» Семеро пойдут, Сибирь возьмут!Каникулы в Историю. Серия пятая. Семеро пойдут, Сибирь возьмут!

Комментарии

05 августа 2015, 09:48
Текст был удален модератором, так как нарушает правила комментирования
05 августа 2015, 11:31
И грустно и радостно читать письма с фронта. В них только оптимизм. Письма с упадническими настроениями не пропускала военная цензура.
06 августа 2015, 14:32
ни то что не пропускала, а за это можно и ужно было угодить за решетку, в свое время за паникерские и предательские настроения в переписки закрыли известного американского писаку перебежчика - Александра Исаевича Солженицына, проявил себя прилежным власовцем
05 августа 2015, 12:02
В каждом письме - огромные объемы любви. Сейчас такого не встретишь... С фронта человек пишет письмо потенциально последнее и вкладывает все лучшее и искреннее, ведь ему не известно, будет ли он жив в следующую минуту.
05 августа 2015, 15:44
Печально, но писать об этом тоже надо. А наши войны - величайшие войны планеты, выиграли мировой бой с фашизмом, и чует мое сердце, мы еще повоюем как наши деды и прадеды...
Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
80 000 подписчиков уже с нами!
Читайте «Русскую планету» в социальных сетях и участвуйте в дискуссиях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»