Общая евразийская угроза
Межправительственный совет ЕАЭС в Ереване. Фото: Дмитрий Астахов/пресс-служба правительства РФ/ТАСС

Межправительственный совет ЕАЭС в Ереване. Фото: Дмитрий Астахов/пресс-служба правительства РФ/ТАСС

Интеграция в рамках ЕАЭС предполагает совместное противодействие исламистскому терроризму

Несмотря на то что Евразийский экономический союз является исключительно экономическим объединением, из круга общих проблем и задач нельзя исключать террористическую угрозу, с которой в той или иной степени сталкиваются страны-члены.

Одновременно с этим угроза используется и как аргумент против евразийских интеграционных процессов. В первую очередь речь идет о Киргизии. Вступление республики в ЕАЭС 12 августа 2015 года стало поводом для опасений, что свободное перемещение рабочей силы внутри членов союза и, в частности, в направлении РФ — «зеленый коридор» для радикальных исламистов. В какой-то мере такие заявления носят спекулятивный характер: отсутствие таможенных процедур не означает отмену пограничного контроля. Но факт остается фактом: ДАИШ (ИГ, запрещена в РФ) действительно действует в Киргизии и во всей Центральной Азии.

Вопросы региональной безопасности и общие угрозы Евразийскому проекту обсуждались в ходе научно-образовательной программы «Школа по Центральной Азии — 2016» Фонда Горчакова, проходившей 22–26 мая в Бишкеке.

ДАИШ в Центральной Азии

Официальные представители России в Киргизии признают, что республика становится объектом действия новых экстремистско-террористических угроз. «Все мы знаем, что в южном подбрюшье Центральной Азии находится одна из самых опасных и конфликтных зон в мире — Афганистан. Сюда происходит проникновение террористических элементов из Сирии и Ирака. В прошлом году был пресечены действия ячейки "Исламского государства", которая собирались взорвать несколько мощных взрывных устройств на территории республики», —  рассказал посол России в Киргизии Андрей Крутько в своем вступительном слове. Таким образом, Киргизия становится не только местом вербовки ДАИШ и «Джебхат ан-Нусра», но и объектом потенциальных атак террористов. В связи с тем что число сторонников и сочувствующих исламистам стало расти, президент Киргизии Алмазбек Атамбаев потребовал усилить мониторинг религиозной ситуации в стране.

Угрозы безопасности РФ и Киргизии имеют похожий характер — в России проживает около 15 миллионов мусульман, а на Северном Кавказе действуют ячейки  ДАИШ. Сегодня наши страны работают совместно  для предотвращения террористических угроз. «Здесь важен потенциал и инструментарий ОДКБ.  Коллективные силы совместного реагирования (КСОР) могут сходу включиться в любую антитеррористическую операцию. Осуществляется и военно-политическое взаимодействие», — подчеркивает Крутько. В данный момент ОДКБ не охватывает всю территорию Центральной Азии, в нее не входят Узбекистан и Туркмения, но и с ними проводятся консультации.

Проблемы Киргизии невозможно рассматривать отдельно от всего региона, который сталкивается с нерешенными пограничными конфликтами, вопросами распределения водных ресурсов, сложным межэтническим и межклановым делением общества и процессами политизации ислама, результатом которого и становится экстремистская деятельность. Плюс ко всему этому — мировые державы пытаются играть на противоречиях региональных игроков в своих интересах.

Если говорить о конкретных внешних террористических угрозах региону — это в первую очередь Ферганская долина и Исламское движение восточного Туркестана в Синьцзян-Уйгурском автономном районе Китая, который переживает те же процессы, что и постсоветская Центральная Азия. С понятием «Туркестан» связывают территории Синьцзян-Уйгурского автономного района, Узбекистана, Туркмении, Таджикистана, Казахстан, Киргизии, отдельные районы Сибири, Афганистана и Ирана. Поэтому амбиции Исламского движения восточного Туркестана несут опасность всем этим государствам.

К слову, первой страной, активизировавшей миссионерскую деятельность в Китае, была Саудовская Аравия, за несколько лет увеличившая количество мечетей с 2  до 23 тысяч — и все это салафитские учреждения.  То же самое происходит в Казахстане и Киргизии, где мечети строят Саудовская Аравия, Турция и Кувейт.

Мечеть в Саудовской Аравии

Мечеть в Саудовской Аравии. Фото: Ashraf Amra/ZUMAPRESS.com/ТАСС

Главный научный сотрудник центра военно-стратегических исследований Министерства обороны республики Казахстан Светлана Кожирова напоминает, что Казахстан был преимущественно атеистической страной, но в 90-е годы в страну вместе с деньгами Саудовской Аравии, Кувейта и Катара хлынули эмиссары, и первые казахские имамы получили салафитское образование. Сейчас приняты жесткие меры, религиозное образование в Казахстане разрешено получать только в четырех странах — Турции, Египте, Малайзии и России. Но и этого недостаточно: в Египте в свое время появились «Братья-мусульмане», а Турция практически открыто поддерживает ДАИШ. Кроме того, желающие все равно уезжают, несмотря на ограничения.

«Таким образом, в Казахстане появилось множество направлений ислама, а закон о религиозной деятельности 1992 года был самым либеральным. Только в 2012 его пересмотрели и запретили деятельность многих организаций. За что нас очень критиковали ОБСЕ, которые сочли это нарушением прав человека. Может быть, этот закон и не демократичен, но отвечает вопросам безопасности», — уверена Кожирова. Приняты и другие жесткие меры — перешедших на сторону ДАИШ в Казахстане ждет тюрьма, даже если они не участвовали в боевых действия и раскаиваются.

Всего количество боевиков из Центральной Азии, примкнувших к ДАИШ на территории Сирии  и Ирака, колеблется от 3 до 4 тысяч человек. Среди них идентифицировано около 250 казахов, 100 киргизов, 190 таджиков, 500 узбеков, 360 туркменов. По данным казахстанских аналитиков, количество казахов, примкнувших к ДАИШ и создавших Казахский Джамаат, составляет 450 человек, половина из них — это женщины.

Для сравнения — число прибывших в ДАИШ из западных стран оценивается в 2000 человек, граждан РФ, по данным на 2015 год, 1700 человек. В целом, по разным оценкам, на стороне ДАИШ сражается от 15 до 200 тысяч человек. Наиболее реальной является число 20 тысяч.

Желание социальной справедливости

За сухими цифрами статистики стоят реальные люди с их мотивами и переживаниями. Адепты ДАИШ делятся на три категории — авантюристы, жаждущие приключений, оппортунисты, недовольные режимом, и на третьем месте, в меньшинстве, действительно идеологизированные сторонники радикального ислама.

Старший научный сотрудник Центра проблем Кавказа и региональной безопасности МГИМО Ахмет Ярлыкапов обращает особое внимание на то, что самой популярной причиной подобного жизненного выбора, на которую и делают ставку исламистские вербовщики, является общественный запрос на социальную справедливость. Среди других способов вербовки — использование сетей знакомств и родственных связей и индивидуальный подход. По словам Ярлыкапова, большое влияние имеют «электронные» имамы, работающие в интернете.

При этом социология религиозного терроризма в странах Центральной Азии меняется, все чаще на сторону ДАИШ переходят образованные и обеспеченные граждане, разочарованные в социальном и государственном устройстве. Для примера, выехать из Казахстана в Сирию и Ирак стоит 6 тысяч долларов, и такое «удовольствие» позволить себе может не каждый. Много шуму в свое время наделала история бывшего командира ОМОН МВД Таджикистана Гулмурода Халимова, бросившего все и присоединившегося к боевикам в Сирии.

Фактор социальной справедливости работает не только в государствах Центральной Азии, но и в европейских странах. «Исследования показывают, что среди завербованных радикальными экстремистами нередко оказываются образованные, нашедшие себя европейцы. Не потому что у них все плохо в жизни, а потому, что у них есть возможность рассуждать об устройстве западного мира с критических позиций», — говорит Ахмет Ярлыкапов.

Для борьбы с этой бедой малоэффективными оказываются силовые методы — важно обеспечить изоляцию экстремистов,  нужна грамотная работа с молодыми мусульманами и действенная контрпропаганда, и ее очень серьезно не хватает.

На фоне всех происходящих процессов в российском обществе нарастает отторжение к мигрантам из Центральной Азии и выходцам из Северного Кавказа и к исламу в целом. Почва для этого есть: многие мигранты уехали в ДАИШ не из своих родных республик, а из России, и, к сожалению, никто не знает их точного числа. В то же время угрозы терактов в крупных российских городах со стороны мигрантов как таковой нет: террористическое подполье не институализировано и не обладает ресурсом для этого, ситуация находится под неусыпным контролем российских спецслужб. Всем известная история с няней из Узбекистана пока стала единственным драматическим эпизодом на территории России с начала активизации ДАИШ.

Дело в том, что неприятие со стороны российского обществе имеет эффект бумеранга, настраивая трудовых мигрантов на деструктивный путь, и здесь снова работает запрос на социальную справедливость. «Мигранты из Центральной Азии сталкиваются с проблемами с полицией, ФМС, им приходится пройти через очень серьезные испытания, чтобы устроиться. Ко всему этому добавляется неинтегрированность в принимающее общество, поэтому они радикализируются порой даже чаще, чем у себя дома», — рассуждает Ахмет Ярлыкапов.

России  следует не отталкивать мигрантов, а активнее работать с ними и вместе с другими странами думать над решением этой проблемы. Она не должна быть лишь нашей головной болью, но и республики Центральной Азии не могут решить угрозу радикального терроризма по отдельности. Сотрудничество осуществляется в рамках ОДКБ, ШОС — пока на уровне консультаций. Также оно должно осуществляться в связке Россия — Центральная Азия — Северный Кавказ. Террористический фактор не должен тормозить экономические интеграционные процессы на постсоветском пространстве. Понимая реальность угрозы исламистского терроризма, следует прекратить все спекуляции на ней относительно ЕАЭС — закрытые границы ничего не решат. Сегодня на евразийском пространстве изменилось понятие безопасности — она  стала рассматриваться как необходимость сотрудничества.

Материал подготовлен при поддержке Фонда Горчакова в рамках «Школы по Центральной Азии — 2016» в Бишкеке

Русский политзаключенный Одессы Далее в рубрике Русский политзаключенный ОдессыДело Мефедова напомнит о трагедии в Доме профсоюзов

Комментарии

31 мая 2016, 16:25
нужна развивать оперативно-разыскную деятельность среди среднеазиатских диаспор, они замыкаются в себе, и лишним это проникновение точно не будет
31 мая 2016, 17:47
Россия - многонациональная страна и должна умудряться существовать так, чтобы всем религиозным группам было хорошо и комфортно вместе. Для этого мы должны быть в первую очередь терпимы друг другу - не толерантны по-европейски, а именно терпимы. И тогда мы станем практически неуязвимы для терроризма.
01 июня 2016, 14:48
А чем обусловлено строительство мечетей Саудовской Аравией, Кувейтом и прочими исламскими государствами? Что сделано Киргизией, Казахстаном для того, чтобы не появились новые школы исламского радикального терроризма? И ещё они являются членами ОДКБ?! Большую часть денежных вливаний в ОДКБ принадлежит РФ. Необходимо потребовать от стран ЕАЭС закрытия всех мечетей, потому что они являются источником распространения террора.
Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Дискуссии без купюр.
Читайте «Русскую планету» в социальных сетях и участвуйте в обсуждениях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»