«Россия? Это болезнь такая?»
Эдвард Каммингс. Фото: AP

Эдвард Каммингс. Фото: AP

В издательстве Европейского университета в Санкт-Петербурге вышли путевые заметки американского поэта-авангардиста Эдварда Эстлина Каммингса, посетившего Советский Союз в начале 1930-х

В четверг в московском книжном магазине «Фаланстер» прошла презентация первого русскоязычного научного издания классика американского авангарда Эдварда Эстлина Каммингса — «Приключения нетоварища Кемминкза в Стране Советов: Каммингс и Россия». В книге публикуются избранные главы его экспериментального романа-травелога «Эйми, или Я есмь» о Советской России, увидевшего свет в 1933 году.

Издание снабжено вступительной статьей, растолковывающей чрезвычайно запутанный авторский текст, многочисленными приложениями и комментариями. Сто иллюстраций позволяют точнее передать атмосферу советской России, какой ее видел Каммингс. В «Фаланстере» книгу представили ее составители, комментаторы и переводчики — Владимир Фещенко и Эмили Райт.

В англо-американской литературоведческой традиции за Каммингсом закрепился статус minor major poet — «малого великого»; он остается одним из наименее изученных значимых поэтов XX века. Тем не менее он признается таким же «освободителем слова» и революционером стихосложения, как Гийом Аполлинер во Франции и Велимир Хлебников в России.

Каммингс родился в 1894 году в Кембридже, штат Массачусетс. Уже в детстве он начал писать стишки, делать скетчи и зарисовки, отличавшиеся странными играми с пунктуацией и орфографией. В 1917 году его стихи опубликовали в сборнике «Восемь гарвардских поэтов», куда вошли также тексты Джона Дос Пассоса, ставшего одним из ближайших друзей Каммингса. В том же году товарищи пересекли Атлантику, чтобы стать добровольцами медицинской службы во Франции.

В Старом Свете Каммингс прослужил пять месяцев, после чего был арестован по подозрению в шпионаже в пользу Германии. С фронта писателя отправили в концентрационный лагерь для интернированных в Нормандии, и этот опыт лег в основу его первого биографического романа «Громадная камера». Об изданной в 1922 году книге с восхищением отзывались Хемингуэй и Фицджеральд; оба сравнивали ее с другой вершиной англоязычного модернизма — «Улиссом» Джеймса Джойса.

В 1927 году у Каммингса вышла пьеса «Him» (не переведена на русский), которая во многом предвосхитила техники Беккета, Брехта и Хармса.

В 1920—30-х годах Каммингс много путешествовал по миру, регулярно заезжая в Париж, где познакомился с лидером французского дадаизма и сюрреализма Луи Арагоном и его супругой Эльзой Триоле. Тот с восхищением рассказывал американцу о своей поездке на конференцию революционных писателей в Харькове; в те годы многие западные интеллектуалы еще видели в советском строе альтернативу переживающему Великую депрессию капиталистическому миру. Например, американский писатель и журналист Линкольн Стеффенс после посещения России в 1919 году писал: «Я видел будущее, и оно работает». Воспевал Октябрьскую революцию и Дос Пассос, описывавший ее как «исход из порочного круга капитализма».

Составители монографии приводят характерную цитату из книги американского историка и писателя Рене Фюлёп-Миллера: «Проблема большевизма выходит далеко за пределы узкого горизонта политических симпатий и антипатий. Принимать его или отвергать — значит отвергать или принимать всю европейскую культуру. Претензия большевизма не в том, что он может немедленно и незамедлительно осуществить все незапамятные цели человеческих устремлений, все то, к чему стремились мыслители всех времен, что мученики демонстрировали своим примером в жизни и смерти, — то есть искупление и человеческое счастье. Его учения предлагают не смутную надежду утешения в другом и лучшем мире будущего, а заповедь непосредственной и конкретной реализации этого лучшего мира здесь и сейчас».

Эльза Триоле и Луи Арагон. Источник: cableman.ru (http://cableman.ru/)

Эльза Триоле и Луи Арагон. Источник: cableman.ru

Заинтригованный рассказами о «советской мечте», 10 мая 1931 году Каммингс садится на поезд Париж — Москва и отправляется в гости к старшей сестре Эльзы Триоле — Лиле Брик. Но в СССР он увидит отнюдь не «работающее будущее».

За свою пятинедельную поездку Каммингс встречает не только Лилю и Осипа Брик, но и Всеволода Мейерхольда, Софью Толстую и многих «пролетарских писателей», подробно фиксируя впечатления от разговоров и мест, в которых побывал, — мавзолея Ленина, собора Василия Блаженного, московских ресторанов и театров. Язык заметок Каммингса не похож ни на один из известных прозаических стилей англо-американской традиции, отмечают авторы монографии.

«Дневник Каммингса отличается от всех известных путевых заметок своим экспериментальным стилем, скрещенным с иронией. Особенность книги в том, что ее можно прочитать и абсолютно не понять, о чем она», — говорит Эмили Райт.

Структура дневника отсылает к «Божественной комедии» Данте. Советский Союз предстает адом, населенным измученными призраками и злыми духами. И один из главных демонов здесь — «дьявольское» туристическое бюро «Интурист».

Райт отметила, что Каммингс — далеко не первый писатель, который путешествовал по России и сильно ее критиковал. Традиция путевых заметок о России восходит к XVI веку и отчетам первых посетивших Московию дипломатов. С XVIII века в Россию потянулись уже литераторы и интеллектуалы; в частности просветителю Дени Дидро приписывают фразу: «Русские сгнили, так и не созрев».

Наблюдавший Россию почти за сто лет до Каммингса маркиз де Кюстин писал, что ему пришлось путешествовать по стране, где нет дорог, гостиниц, кроватей, хлеба, вина, воды и так далее, — составленный французским аристократом список того, чего нет в России, чрезвычайно длинен. Чтобы жить здесь, нужно иметь «тело из стали и адскую волю», а русский темперамент создан для «досрочного ада», писал де Кюстин в 1839 году.

У Каммингса же Россия ассоциируется не только с адом, но и с болезнью. В дневнике его содержится следующий диалог:

— Не скажите ли что-нибудь? О России?

— России? Это болезнь такая?

— Разве?

— Не знаю. У меня нет такой.

— Да ладно: ты в ней находишься.

С разрешения издательства Европейского университета в Санкт-Петербурге «Русская планета» публикует отрывок записи из дневника Каммингса от 12 мая 1931 года: в этот день писатель сошел с поезда в Москве.

Выжили? Въезжали? Когда-куда? — Ах, еще не поздно для завтрака (кричит, весело пошатываясь около своего встречателя и излучая в заросший космос полей и лесов, швейцарец) ведь у нас «un heure de retard». Я устремляюсь к оленям в снегу (пробуряя пугающе-гигиеничный спальный вагон полный американцев) и вскоре сталкиваюсь с черной рубашкой, без галстука; запачканный унылый костюм: волосы назад гривой — точь-в-точь Троцкий. Также шумно поедающая сидит парочка по видимости из Кембриджа, Масс, но на деле из СССР дамочек, с лошадиными зубами и взлохмаченными кавалерами; эта несимпатичная группка на самом деле кажется почти более чем механически оживленной (Да вы что, разве la regime sovietique вручает всем особо уродливым немужикам отпуск?) А чай хорош.

Спустя какое-то время после изрядного заточения (в ранее упомянутой отполированной дрема-машине 1-го класса — оба конца были заперты могучими ключами ввиду опасной близости станции; опрятный немец норовил залезть на такой даже более усердно, чем я норовил вылезти) «доброе утро» любезно говорит мой фотооткрыточный русский. «Доброе утро» говорю я... «Besetzt» увещевает русский (пока я пытаюсь Нный раз) после чего быльевщик — карты ему в руки — хватает меня за плечи, вальсирует меня к другому концу вагона, тычет, приседает, машет, подмигивает, где-то-тамствует... Между прочим, Г-н швейцарец собирается внести одну важную коррективу: он непростительно ошибся: оказывается, наш беспрекословно невинный и неоспоримо превосходный поезд все-таки не опаздывает (как такое могло быть, товарищ?). Нет; с зимним временем покончено (что объясняет до сих пор странный факт, что круглый авторийский сотрапезник вынудил меня перевести часы на два часа вперед). «Pays magnifique, n’est-ce pas?» кричит встреченный. Правду говоря, цинично отвечаю я, это напоминает мне о — он ушел: его встречатель выманил его опять... очевидно я пахну буржуа.

поезда. Бесполез(д)ность поезда Растягивается. Беспо(л)ездность поезда растягивается В. Беспоездность поезда растягивается в Бесконечность. Беспо(л)ез(д)ность Поезда Растягивается В Бесконечность исчезает!

http://cableman.ru/

москва?

«Dadada» от заряженной фотокарточки — живо (смотри) выходит швейцарец-со-свитой (увы, даже без прощального кивка). Ниша уступает свою добычу. Я печатная машинка рюкзак чемодан все валятся друг на друга, сообща добиваясь наших личных свобод в расчете на не совсем большую (но и не то чтобы особенно маленькую) станцию. Ох и попаду я в заваруху, если он не возьмет в свою незнакомую голову явиться, этот выдающийся русский писатель; товарищ, для которого у меня расфуфыренная коробка шоколадных конфет — парень, которому покорно я послал телеграмму, написанную и подписанную тем выдающимся русским-в-Париже прозаиком (которому был представлен этой как ее, прелестная женщина, для чьей прославленной сестры везу все эти модные журналы и весь этот шикарный парфюм)? Положим, он просто не будем там, чтобы приветствовать своего брата по литературе, иначе говоря, меня? Это было бы и в самом деле забавно. Но кое-что было бы еще забавнее! Допустим, он явится, но никто из нас друг друга не узнает (кажется, когда я задумываюсь, достаточно вероятным; ведь мы оба не имеем ни малейшего представления, как мы выглядим). Впрочем, собаки останутся собаками, и Павлов при помощи фонарных столбов, возможно, откроет какой-нибудь новейший рефлекс узнавания; при этом, ежели фонари не сработают, наш герой может с тем же успехом спросить некоторых почтенновыглядящих товарищей, не совпадают ли они с безымянной знаменитостью, которая должна направить свои весьма небезошибочные стопы (если бы только все тут не выглядили такими одинаково выдающимися, мягко говоря!). Я приближаюсь к нервному типу, который немного выше божественной середины

Извините: Вы Такой-сякой?

вряд ли, хотя он бздит бровью. (Это было и лучшее что я мог выдать по-русски). Пробую дальше мужичок, только что вывалившийся из воздушного шара в стакан с простоквашей

Прошу прощения: Вы не Такой-сякой?

категорически nyet. Еще раз — наудачу. И на этот раз я выбираю сравнительно невыдающегося товарища; который, может, спит, а может придурковатый, а может нет, а может и то и другое

Приношу свои извинения: Вы Такой-сякой?

кажется, не понимает. Делаю повторный запрос; ничего не происходит. Я воспаряю до Гейне — и свет брезжит; лицо открывается, сжимается, и на совершенном американском говорит

Нн-нн

После чего отворачивает свою так называемую спину.

<...>

... вдруг целая вселенная

останавливается —

отправившись, трио выпутывает себя из посторонних ног и рук; чтобы (неуклюже) выступить, на улицу.

Не— указывает: надпись ИНТУРИСТ.

опять: тревожно роскошная конструкция, может быть, крематорий? «А это Отель Метрополь».

«Дороговато» слабо сопротивляюсь я, пока (с кистеизвивом adieu) ББ уплывает в сторону оазиса.

«О-нет, только не в valyootah — что ж, до свидания: а как Вас зовут? Кем-мин-кз?» и мило мне улыбнулся

<...>

«У вас есть комнаты?» сказал я.

«Да» (вовсе не неприветливо).

«Сколько стоит?»

«пять долларов. Но это включает завтрак».

«Пять... рыжий-лис наклоняется ко мне. Почему вы хотите в Россию?

Потому что я никогда там не был.

(Он сползает, приходит в себя). Вам интересны экономические и социологические проблемы?

нет.

Вы, наверное, в курсе, что там была смена власти в последние годы?

да (говорю я, не в силах сдержать улыбку).

И Ваши симпатии не на стороне социализма?

я могу быть совершенно откровенен?

Пожалуйста!

Я почти ничего не знаю об этих важных делах и еще меньше мне до них дело.

(Его взгляд одобряет мой ответ). А до чего Вам есть дело?

до моей работы.

До писательства, то есть?

и рисования

А что пишете?

главным образом стихи; немного прозу

Значит, Вы едете в Россию как писатель и художник? Так?

нет; я еду сам как таковой.

(Почти улыбка). Вы понимаете, что ехать туда, как Вы говорите, Самому по себе будет дорого стоить?

Так мне сказали.

Я должен Вас честно предупредить (говорит рыжеволосый представитель Советского посольства в Париже), что дело именно так и обстоит. Поездка в Россию с Вашими намерениями не имела бы смысла с любой точки зрения. Самый лучший вариант для Вас был бы ехать в качестве члена какой-то организации —

но, насколько мне известно, я не член никакой организации.

В таком случае Вам нужно ехать как турист. И я не только с точки зрения финансов говорю: понимаете ли Вы, что без какого-либо руководства Вы ничего не увидите, тем более не поймете?

Я не понимаю, на что Вы намекаете. Но —

да? (настаивает он).

Опять же искренне —

Ну?

Я готов рискнуть... Долларов?»

«в день».

«А, в день. Гм».

«Но у вас valyootah» (эта серьезная хворь).

«Быть может» мрачно намекнул шотландский потомок «стоило бы... как называется это — Volks: они могут знать что-нибудь подешевле».

«Может быть».

«Могли бы Вы дать мне адрес?»

«Да». Смотрит в своеобразную энциклопедию: тщательно переводит что-то на клочке бумаге и передает мне. Название улицы — незнакомо... почему? Потому что в Майо’с Марин Баре 1 сверхблагодетельный обитатель Кембриджа Масс (зимующий по полгода в году в России, сочиняющей тем временем труд о театре) дал мне свою визитку, украсив сперва ее обратную сторону названием (Volks) и адресом (который, кажется, не совпадает с тем, что у меня сейчас в руках) московского передового «Общества борьбы с неправильным руководством иностранцев». — Наш шарящий по карманам герой наконец эксгумирует дар Г—на Сочинителя, замечая «тут один американец живет: не знаю, здесь ли он сейчас...»

«пожалуйста» сказал служащий, взяв (до того как я успел сравнить адреса) визитку и перевернув ее. «Да» сказал он, прочтя фамилию личности благодетеля, «я думаю, он живет здесь».

«?» (Мое здесь означало СССР; его — Отель Метрополь).

«Позвонить ему?»

«конечно» (прям-таки сконфуженно)

«...он сейчас спустится». И время стонет во сне времени... и профессионально поставленный голос почти раздраженно вопрошает «ну что же Вы меня не узнаете?», тут же добавляя «я думал Вы русский: дело в кепке — как Вы догадались, что тут все такие носят? Да, конечно, Ленин начал первым. Вы один? О боже, кажется, в Париже на стоянке столько жен — кстати, прошу прощения, не понял, что эта прелестная дама... Вы пропустили первое мая? Боже. Но как же Вы все-таки нашли мой адрес? Нет, не совсем? Ну! Странно все-таки, какие вещи случаются. Пойдемте, давайте: нам нужно поговорить — не будем ждать лифта: Вы заметите» (сереющим тоном) «что степень эффективности настолько... не то чтобы они не совершали чудес!» (вместе взбирается группа чуть менее мраморных-или-что-то — вроде) «Видится ту надпись — pair, rook, mah, care? Парикмахер, значит. Он отличный цирюльник, между прочим, если захотите подстричься. Так, что я хотел сказать — а да, вы будете замечать множество слов, заимствованных из других языков, русский полон ими —»

<...>

Читайте в рубрике «Общество» Не тем вы, женщины, СМС шлетеЖительницу города Сочи осудили за разглашение гостайны Не тем вы, женщины, СМС шлете

Комментарии

29 ноября 2013, 21:33
Я в шоке,перевод ужасен,ничего не понялагрустный
30 ноября 2013, 20:10
Это не перевод, это иностранные шпионы по-русски писать пытались!)
P.S. Если вокруг вас сумасшедшие - это еще не значит, что проблема в нас, однако проблема определенно есть, и от неё надо избавляться, а не пытаться её решить. С безнадежно больными на голову людьми так же бесполезно договариваться и находить компромисс, как и с паразитами!
Впрочем, творческие люди все немного "того"...)
30 ноября 2013, 11:47
По моему, это не Россия - болезнь, а сам поэт - больной на всю голову, жаль что его не сгноили в психушке
30 ноября 2013, 19:25
Присоединяюсь. Вполне возможно,что он наркоман и весьма легкомысленная личность. Я бы не стал доверять тому,чьи высказывания порой граничат с идиотизмом.
30 ноября 2013, 17:39
Бюрократический СССР-это болезнь и называется она не насморк,а-СПИД т.е. утрата социального иммунитета-уничтожение автономий:личности,группы,класса,нации и даже коалиций наций.Бюрократия не креативный класс,а класс-исполнителей,рабы циркуляров,параграфов,национальная идея Бюрократии и не только российской-Коррупция,которая в России-системо,структурообразующая субстанция-функция неформального энерго-информационного обмена.Нельзя сказать,что -марксизм и большевизм не понимали угрозы с этого направления,но недооценка слишком очевидна,Бюрократия будет искать себе творческую "Крышу" и не находя ее на своей территории -найдет ее за рубежом,рано или -поздно,а себе оставит одну функцию-Коррупцию.
18 декабря 2013, 10:35
100% правилное высказывание, очень верное суждение, уважаю меткое описание , только "творческую "Крышу" я бы заменил на что то более прямолиненое "оправдание-обьяснение" своего существования или "прикрытия"
01 декабря 2013, 12:03
Бредятина.. Зачем русским людям читать эту ересь? Если уж РП взялось за поэтов, то давайте разберемся с нашими. А загадок полно - убили ли Есенина и Маяковского? как умер Мандельштам? за что замучали сына Ахматовой?... Вот о чем писать надо, друзья мои... ИМХО
Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Анализ событий России и мира
Подпишитесь на «Русскую планету» в социальных сетях и читайте статьи экспертов
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»