Отец советского «шаттла»
Космический корабль многоразового использования «Буран» в Российской космической корпорации «Энергия» им. С.П. Королева. Фото: Валентин Кузьмин / ТАСС

Космический корабль многоразового использования «Буран» в Российской космической корпорации «Энергия» им. С.П. Королева. Фото: Валентин Кузьмин / ТАСС

Для космического корабля многоразового использования «Буран» Валентин Глушко создал самый мощный в истории жидкостный реактивный двигатель

 Валентин Петрович Глушко — одессит: он родился в «жемчужине у моря» в 1908 году. Подростком зачитывался романами Жюля Верна, хотя идея путешествия на Луну в начале 1920-х даже его увлеченным сверстникам казалась бредом: к чему грезить о космосе, когда и на земле хватает белых пятен! Сверстники вдохновлялись подвигами отважных летчиков и суровых моряков, а мальчик вслед за Верном открыл для себя работы Константина Циолковского: сидя в холодном здании одесской публичной библиотеки, он делал выписки в тетрадку. В библиотеке имелась только одна работа «калужского мечтателя»; чтобы прочесть другие, Валентин отправил кумиру письмо с просьбой прислать другие его книги. Циолковский ответил, и завязалась переписка, длившаяся семь лет. В 16 лет Глушко написал собственную «научную» работу — труд под серьезным названием «Проблема эксплуатации планет», которую тем не менее издательства не взяли: уж слишком наивными казались фантазии автора об освоении Марса и Венеры. Любопытно, что в книге в качестве главного обоснования необходимости развивать космонавтику фигурировало истощение ресурсов Земли — идея, на которой впоследствии будут построены сюжеты десятков научно-фантастических произведений (например, голливудского фильма «Интерстеллар»): «Следствием прогресса человеческой культуры является истощение жизненных соков Земли, чем человечество в конечном итоге ставит себя под угрозу краха как своей цивилизации, так и своего существования. Выход из назревающего кризиса — пополнение иссякающих запасов энергии и материи извне, из глубин мирового пространства, с иных тел. Вполне естественным является теперь поставить соседние нам планеты в такое же положение, в каком находились ранее неведомые нам континенты. Колонизировать новые планеты, организовать на них эксплуатационные части для снабжения скудеющей Земли является вполне естественным и понятным шагом все расширяющейся промышленности и мощи человеческого интеллекта».

Валентин Глушко

Валентин Глушко. Фото: Валентин Черединцев / ТАСС

И все-таки публиковаться, причем регулярно, Глушко начал: в газетах и журналах появлялись его научно-популярные статьи о создании станций на Луне и на околоземной орбите. Потом удалось сделать свою мечту чуть ближе — поступить в Ленинградский государственный университет на физико-математический факультет. Глушко оставался верен мечте в течение всей учебы: его дипломной работой стал проект межпланетного корабля «Гелиоракетоплан» с электрическими ракетными двигателями.

Пока он учился, в стране многое поменялось: разгромленные вузы вновь получили финансирование, правительство перестало воспринимать ракетостроение как маргинальную и интересную лишь энтузиастам область. По окончании университета Глушко приняли в штат Газодинамической лаборатории (ГДЛ) — первой советской научно-исследовательской и опытно-конструкторской лаборатории. Здесь он стал трудиться над созданием первого отечественного жидкостного ракетного двигателя (ЖРД) ОРМ-1. За время работы в лаборатории Глушко сконструировал несколько ракет различных серий, а также испытал двигатели серии ОРМ на азотнокислотном керосиновом топливе.

Талантливого инженера заметили в Наркомате обороны и в 1934 году перевели в Москву, назначив начальником сектора Ракетного НИИ. Здесь он закончил работу над своей второй книгой «Ракеты: их устройство и применение», которая в отличие от первого его детища увидела свет и получила высокую оценку коллег. Однако работа, которой Глушко занимался в Ракетном НИИ, была в первую очередь именно практической: так, в 1936 году под его руководством были проведены официальные стендовые испытания ЖРД ОРМ-65 тягой до 175 кг на жидком топливе для ракетоплана РП-318 и крылатой ракеты 212 конструкции Сергея Королева.

Ученый-заключенный

Как и большинству видных ученых его эпохи, Глушко довелось поработать в «шарашке»: в марте 1938 года его арестовали. Следователям Лубянки понадобилось всего два дня, чтобы выбить признание: «Я являюсь участником антисоветской организации в оборонной промышленности, по заданию которой проводил вредительскую подрывную работу. Кроме того, я занимался шпионской работой в пользу Германии». Правда, попав в Бутырскую тюрьму, Глушко сразу же выразил несогласие с необоснованными обвинениями и начал писать письма гособвинителю Вышинскому, а затем Ежову и самому Сталину, прося пересмотреть его дело.

Отвечать никто и не собирался: Глушко стал винтиком в системе рабского научного труда. Особым совещанием при НКВД его осудили на восемь лет, и до 1940 года он трудился в составе конструкторской группы 4-го Спецотдела НКВД при Тушинском авиамоторостроительном заводе. Здесь ученый руководил группой, разрабатывавшей проект вспомогательной установки с жидкостным реактивным двигателем для двухмоторного истребителя С-100. Использование ракетных двигателей в конструкции самолета позволяло значительно увеличить скорость его подъема. Той же ракетной установкой планировалось оснастить и бомбардировщик дальнего действия «Сталь-7», что позволило бы увеличить его скорость при подъеме на треть. 

Валентин Глушко

Валентин Глушко. Фото из архива НКВД

Работа группы Глушко, выполненная в условиях, сопоставимых с условиями труда крепостных на петровских заводах, была удостоена высокой оценки Технического комитета ВВС, и ученому даже предложили выбор: для дальнейшего ведения разработок остаться в Москве, переехать в Ленинград или в Казань на строящийся авиационный моторостроительный завод. «Заключенный Глушко» выбрал Казань, поскольку здесь было больше свободы для исследований. Ему даже предоставили право выбирать себе сотрудников. Разумеется, из числа таких же «сидельцев»: составив список из бывших коллег, которым он собирался дать работу, Глушко с ужасом обнаружил, что большинство из них уже расстреляны. Однако даже с коллективом, набранным из тех, кто уцелел, Глушко в годы войны удалось выполнить разработку вспомогательных ракетных двигателей для боевых самолетов. Кстати говоря, именно по ходатайству Глушко в Казань в 1942 году перевели Королева.

Тюремная одиссея Глушко стала временем, когда в советском ракетостроении занял заслуженное место жидкостный реактивный двигатель. В годы войны ракетной установкой с ЖРД оснастили самолеты Пе-2, Як-3, Су-7 и Ла-7, получив тем самым прирост их скорости до 200 км/ч. За вклад в развитие военной промышленности СССР Глушко был «награжден»: 27 августа 1944 года его досрочно освободили по решению Президиума Верховного совета. Правда, реабилитировали ученого лишь в 1956 году, после смерти Сталина и ХХ съезда. Глушко не оставил товарищей по несчастью: вскоре после того, как его выпустили на свободу, он передал Сталину список с фамилиями 30 специалистов, на досрочном освобождении которых настаивал. Когда в 1945 году Глушко возглавил кафедру реактивных двигателей Казанского авиационного института, большинство из освобожденных по его ходатайству инженеров осталось работать с ним.

В составе «великолепной шестерки»

После войны Глушко в числе специальной комиссии отправился в Германию для изучения немецких ракет «Фау-2». Успехи немцев в области ракетной техники, как известно, подстегнули развитие космических программ в СССР и США. По возвращении конструкторов из Германии Глушко вошел в состав «великолепной шестерки» отцов-основателей советской ракетно-космической программы. Его перевели на авиазавод № 456 в Химках (позже, в 1970-е на базе этого предприятия было создано знаменитое НПО «Энергия»), переоборудованный для производства жидкостных ракетных двигателей. И уже в сентябре 1948 года состоялся запуск первой ракеты Р-1, оснащенной ЖРД. В 1953 году Валентин Петрович был избран членом-корреспондентом АН СССР, а в 1957 году ВАК присудила ему степень доктора технических наук без защиты диссертации.

Как член неформального совета главных конструкторов Глушко принимал участие в подготовке всех крупных советских запусков: его команда разрабатывала и совершенствовала двигатели для пилотируемых космических кораблей «Восток» и «Союз», грузовых кораблей «Прогресс». В 1960–1970 годы он был инициатором самых смелых проектов по изучению и освоению других планет. Многие из них он вынашивал со студенческих времен. Так, еще в статьях, опубликованных в 1920-е годы, Валентин Петрович рассуждал об обсерватории, размещенной на естественном спутнике нашей планеты: «Обсерватория, построенная на Луне, при 354-часовой ночи, сменяющей столько же длящийся день, дала бы массу неоценимых наблюдений... Какие огромные открытия могли бы дать продолжительные наблюдения и исследования, спектральный анализ, фотометрия, фотография и прочие орудия исследования тайн мироздания современного астронома при ведении последовательных изучений нашей спутницы». В 1960-е Глушко выступил (вместе с Королевым) одним из инициаторов строительства станции на Луне: в КБ академика Бармина даже начали проектировать макеты лунного поселения. Увы, большинство из предложенных Валентином Петровичем смелых задумок (среди них пилотируемые полеты к Марсу, Венере и поясу астероидов) не было осуществлено. И все же в советской космонавтике нашли применение некоторые из идей, изложенных в его раннем опусе «Проблемы эксплуатации планет»: например, в нем говорилось о «наблюдательных станциях», постоянно находящихся на орбите, — именно эту роль сыграли орбитальные комплексы «Салют» и «Мир», в разработке которых принимал участие Глушко. Всего под руководством выдающегося конструктора было создано более полусотни ЖРД, применявшихся в 17 моделях боевых и космических ракет.

Челночная космонавтика

В 1972 году в США была развернута программа по разработке космических «челноков», которые могли бы совершать многократные полеты в космос. Авторы программы руководствовались возможностями осуществлять запуски с невиданной до этого частотой. В СССР проблема отечественной многоразовой космической системы обсуждалась в том же году: на совещании конструкторов во главе с Глушко были обозначены основные вопросы строительства такой системы. Главная проблема, как ни парадоксально, заключалась в том, что наша космонавтика могла превосходно обойтись без «челноков» — запуски одноразовых ракет были более эффективны и менее затратны. Однако аналитические исследования, проведенные Институтом прикладной математики АН СССР и НПО «Энергия», показали, что после ввода в действие программы Space Shuttle США получат преимущество в плане нанесения упреждающего ядерного удара по территории нашей страны. Это решило дело: в 1976 году была утверждена строго засекреченная программа «Энергия-Буран». Подсчитано, что в ее разработке — прямо и косвенно — принимали участие около миллиона человек. Отметим, что стоимость создания системы многоразового запуска оказалась намного ниже, чем американская разработка: 16 млрд рублей против $160 млрд. Для новой ракеты-носителя команда Глушко построила самый мощный из когда-либо созданных ЖРД (это почетное «звание» двигатель удерживает и в наши дни) — РД-170. Его мощность составляла около 20 млн лошадиных сил: этого достаточно, чтобы обеспечить энергией город с населением до миллиона жителей. Как следствие, «Буран» не только не уступал «шаттлам», но по ряду технических параметров превосходил их. 

15 ноября 1988 года при штормовой погоде состоялся первый запуск: отделившись от ракеты-носителя, корабль «Буран» вышел на круговую орбиту и, совершив два полных витка вокруг планеты, приземлился в автоматическом режиме на взлетно-посадочной полосе Байконура. Несмотря на полный успех проекта, первый запуск «Бурана», увы, стал и последним: программа пала жертвой разрушения СССР, в 1992 году ее заморозили из-за недостатка финансирования. Легендарный разработчик до бесславного краха выдающейся программы не дожил: он скончался в 1989 году в возрасте 80 лет. Пять лет спустя Международный астрономический союз решил увековечить память Валентина Глушко, назвав его именем кратер на Луне — там, где должна была быть советская база.

Твердая пена против огня Далее в рубрике Твердая пена против огняКак российские химики стали революционерами в деле пожаротушения

Комментарии

16 июля 2015, 19:27
Вот не понятно, не было бы шарашек, был ли Глушко? Ведь многих выдающихся ученых стимулировали в неволе, где хочешь-не хочешь, а гешефт выдавать нужно.
17 июля 2015, 06:45
Великий человек не потерял лицо и в НКВД , понимал свою значимость и открыто писал Сталину. Кроме куратора на Луне ему надо ставить памятник на земле.
17 июля 2015, 07:50
Вся ракетно-космическая отрасль до сих пор каждый день благодарит Валентина Глушко. На полном серьезе. Этот человек сделал для страны больше, чем некоторые товарищи в кресле президента страны.
17 июля 2015, 16:48
20 млн лошадиных сил двигло... охренеть, извиняюсь, можно.. И все в таком маленьком буранчике...
17 июля 2015, 11:32
Неужели НКВД оклеветало великого изобретателя только ради того, что бы заставить его работать в изолированной обстановке?
17 июля 2015, 17:18
Великая биография великого человека! Нестерпимо жаль, что этот проект так и не дошел до своего логического завершения и был похоронен по воли высокопоставленных предателей Горбачевской эпохи....((((
18 июля 2015, 11:33
отец шаттла? а лозино-лозинского забыл! на мыло автора!
Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Дискуссии без купюр.
Читайте «Русскую планету» в социальных сетях и участвуйте в обсуждениях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»