Мартовский триумф В-1000
Противоракета В-1000 на опытной полигонной ПУ. Фото: militaryrussia.ru

Противоракета В-1000 на опытной полигонной ПУ. Фото: militaryrussia.ru

55 лет назад состоялось успешное испытание системы противоракетной обороны «А», ставшей важным козырем СССР в годы холодной войны

Появление любого нового оружия немедленно вызывает стремление найти от него защиту. Поэтому, как только на боевое дежурство встали первые баллистические ракеты в Советском Союзе и в США, обе страны начали работу над созданием оружия, способного защитить от этой угрозы. В гонке, шедшей не менее интенсивно, чем разработка ракетной техники, первенство осталось за СССР.

Созданная в Америке опытная система «Найк Зевс» сумела перехватить баллистическую ракету «Атлас» в июле 1962 года. Ну, перехватить — это громко сказано: безоружная противоракета прошла в 2 км (!) от цели. Но все равно военные отчитались об успехе: дескать, будь «Найк Зевс» оснащен штатной ядерной боевой частью, ее подрыв обеспечил бы полное уничтожение цели! Но это была лишь хорошая мина при плохой игре. Ведь в Пентагоне не могли не знать, что еще полтора года назад, 4 марта 1961 года советская противоракета В-1000 впервые в мире перехватила боеголовку баллистической ракеты в полете на высоте 25 км и на расстоянии в 150 км. При этом попадание было в шестьдесят с лишним раз точнее, чем у «Найк Зевс»: боевая часть противоракеты сработала в 31,8 м левее и 2,2 м выше цели…

Примечательно, что двухкилометровой «точности» американская противоракета стала результатом работы исследователей и конструкторов, начатой в феврале 1955 года. Значительно более точная советская противоракета родилась в результате усилий, старт которым был дан ровно на год позже. Президиум ЦК КПСС и Совет министров СССР приняли совместное постановление «О противоракетной обороне» 3 февраля 1956 года. Это постановление стало результатом рассмотрения предложений Министерства оборонной промышленности и Министерства обороны о создании отечественной системы перехвата и уничтожения боевых частей межконтинентальных баллистических ракет. Соответственно, обе структуры и были назначены ответственными за реализацию идеи: разработать и представить на госиспытания систему ПРО поручалось Миноборонпрому, а Минобороны был дан приказ найти место и построить специальный полигон для отработки и отладки системы.

«Дедушками» советской противоракетной системы «А» были два легендарных министра — тогдашний руководитель Минобороны Георгий Жуков и министр оборонной промышленности Дмитрий Устинов (который позднее возглавит Минобороны). Именно они поддержали конструкторов, выступивших с первыми предложениями по этой теме. В частности, Дмитрий Устинов по собственной инициативе пригласил на одно из заседаний коллегии Миноборонпрома в 1955 году главного конструктора «ракетного» ОКБ-2 Петра Грушина. А докладчиком на том заседании был Григорий Кисунько — руководитель специализировавшегося на противоракетной обороне СКБ-30, выделившегося из тогдашнего КБ-1, которое сегодня называется НПО «Алмаз». Так встретились два человека, которых смело можно назвать отцами отечественной ПРО.

Генерал-лейтенант-инженер Григорий Кисунько

Генерал-лейтенант-инженер Григорий Кисунько. Фото: famhist.ru

Как всегда бывает, когда два неординарных, одаренных и увлеченных человека принимаются работать вместе, результаты общей деятельности не заставили себя ждать. 3 февраля 1956 года принимается постановление о начале разработки системы ПРО, а уже через месяц был готов эскизный проект системы. В августе того же года Совет министров назначил ответственных за составные элементы системы «А», главными среди которых были кисуньковское СКБ-30, ставшее головным разработчиком, и грушинское ОКБ-2, создававшее противоракету В-1000. За полмесяца до этого Генштаб издал директиву о формировании госполигона №10 — будущего полигона Сары-Шаган, первого и единственного в Евразии места разработки и испытаний систем противоракетной обороны.

Следующие два года ушли на разработку, проектирование и строительство элементов системы «А». Первой была готова радиолокационная станция дальнего обнаружения ракет «Дунай-2». 6 августа 1958 года станция впервые обнаружила баллистическую ракету на расстоянии в 1000 км, а 6 ноября впервые передала целеуказание на радиолокаторы точного наведения — одну из важнейших компонент системы «А». Таких локаторов было три, и за счет этого точность наведения противоракеты была уникальной: допустимая ошибка — несколько метров на расстоянии в 100 км!

Практически одновременно вышла на финишную прямую испытаний и противоракета В-1000. Первый пуск состоялся в октябре 1957-го, а 31 августа 1958 года она впервые была испытана в полной штатной комплектации с отработкой двигателей обеих ступеней и достигла скорости 1500 м/с. После этого комплекс связали воедино, и в феврале 1960-го начались испытания противоракеты В-1000 в комплексе средств системы «А» при программном управлении от центральной вычислительной станции. Затем начались пуски противоракеты по условным целям, и, наконец, 24 ноября того же года В-1000 впервые осуществила перехват реальной баллистической ракеты — правда, пока без боевой части. Напомним, что такой же пуск противоракеты с таким же «небоевым» перехватом в США организовали только спустя неполных два года.

После этого перехвата создатели системы «А» вступили в полосу неудач: противоракеты то не стартовали, то теряли связь с постами управления. И только к 4 марта 1961 года удалось наконец-то избавить систему от всех найденных «детских болезней» и подготовить очередной испытательный пуск. О том, насколько напряженной была подготовка к нему, можно судить по словам заместителя главного инженера по испытаниям, начальника управления по ПРО полигона Сары-Шаган генерал-майора Або Шаракшанэ: «Сам главный конструктор (Григорий Кисунько. — РП), без сна и отдыха, измученный задержками и простоями, связанными с отказами и неисправностями, также обычно находился возле центрального пульта. Экономя время на передвижении из своего домика на 40-ю площадку и обратно, Григорий Васильевич Кисунько распорядился поставить топчан прямо за шкафами большого зала командно-вычислительного пункта, где стал и дневать, и ночевать. Однако и в полусне он умудрялся слушать наши рабочие беседы и время от времени вмешивался в них, давая советы даже тогда, когда все думали, что он спит».

Испытания 4 марта были восьмидесятым пуском противоракеты В-1000 и первым пуском с реальной боевой частью. Правда, не ядерной, хотя противоракета могла нести и такую, более того, она планировалась как штатная, — а осколочно-фугасной. Она представляла собой 16 000 активных поражающих элементов: тротиловых шариков с карбид-вольфрамовой сердцевиной (у участников испытаний они получили прозвище «вишня в сиропе»), заключенных в общую стальную оболочку с системой подрыва по команде с земли.

Именно этот пуск и стал первой удачей после серии неудач, и он же завершил долгую работу по созданию первой в мире системы противоракетной обороны. Вот как описали свои успехи создатели системы «А» в телеграмме, отправленной с полигона Сары-Шаган в Москву после подтверждения поражения цели: «Докладываем, что 4 марта 1961 г. ... в район полигона "А" ... с полигона Минобороны была запущена баллистическая ракета Р-12, оснащенная вместо штатной боевой части ее весовым макетом в виде стальной плиты весом 500 кг. Цель запуска — проверка функционирования экспериментального комплекса средств ПРО (система "А"). Средствами системы "А" цель была обнаружена на дальности 1500 км после выхода ее над горизонтом. По данным радиолокатора "Дунай-2", центральная вычислительная машина (советская электронно-вычислительная машина М-40. — РП) построила и непрерывно уточняла траекторию цели, выдавала целеуказания радиолокаторам точного наведения, рассчитала и выдала на пусковые установки углы предстартовых разворотов, рассчитала момент пуска. По команде ЭВМ был произведен пуск противоракеты В-1000 с пусковой установки № 1. Полет противоракеты и наведение ее на цель проходили нормально, в соответствии с боевым алгоритмом. На высоте 25 км по команде с земли от ЭВМ был произведен подрыв осколочно-фугасной боевой части противоракеты, после чего, по данным кинофоторегистрации, головная часть баллистической ракеты начала разваливаться на куски. Службами полигона ведутся поиски упавших на землю остатков головной части Р-12. Таким образом, впервые в отечественной и мировой практике продемонстрировано поражение средствами ПРО головной части баллистической ракеты на траектории ее полета. Испытания системы "А" продолжаются по намеченной программе».

Противоракетная система «А» так и осталась экспериментальной. В разгар работы над нею, в 1960 году на основании имеющихся наработок началось проектирование первой боевой отечественной системы ПРО — А-35, главной ударной силой которой стала грушинская противоракета А-350Ж. Но все ее основные элементы и общая конструкция были созданы и отработаны тогда, когда создавалась система «А» и ее противоракета В-1000 — первенцы отечественной противоракетной обороны.

Революционер поневоле Далее в рубрике Революционер поневолеПредпоследний глава РТО управлял Обществом в период между двумя общественными потрясениями

Комментарии

07 марта 2016, 12:05
Американцы всегда концентрировали свои усилия на создании наступательного вооружения. Вот и прозевали рождение лучшей в мире российской ПРО. И безнадежно отстали в военных технологиях.
Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Анализ событий России и мира
Подпишитесь на «Русскую планету» в социальных сетях и читайте статьи экспертов
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»