Русский доктор в Японии
Доктор Евгений Аксенов. Фото: japonia.ru

Доктор Евгений Аксенов. Фото: japonia.ru

Жизненный пример доктора Аксенова: как оставаться патриотом на чужбине и сохранять национальную культуру в инородной среде

Википедия на русском языке знает нескольких Евгениев Аксеновых — «создателя первого советского хэви-металл лейбла», актера, дирижера, астронома. Но ни слова не сказано о выдающемся враче, широко известном в Японии и за ее пределами, православном христианине и Человеке с большой буквы — докторе Евгении Николаевиче Аксенове, лечившем членов японской императорской фамилии, Майкла Джексона, Жака Ширака, Геннадия Рождественского, балерину Ольгу Лепешинскую, музыкантов Галину Вишневскую и Мстислава Ростроповича, наследницу миллиардов Кристину Онасис. Со многими из них он дружил десятилетиями.

Дипломатический корпус в Токио считал этого доктора лучшим; при выборе главного врача на встрече G8 в Токио выбор пал на него. Если японские эскулапы не могли справиться со сложными клиническими случаями, они отправляли своих пациентов в международную клинику к русскому доктору. Его называли одним из пяти лучших хирургов планеты. Доктор Аксенов лауреат премии писателя-гуманиста Ёсикава Эйдзи за гуманитарную медицинскую помощь, кавалер ордена первой степени Японского Красного Креста. Патриарх Московский и Всея Руси Алексий Второй лично вручил ему орден Св. Владимира.

Японцы прозвали Евгения Аксенова «Красной бородой» — по аналогии с героем фильма Акиры Куросавы — доброго доктора, лечившего бедняков. В их глазах это самая высокая оценка добру и отзывчивости, которую можно дать. А ведь за этой необыкновенной добротой и скромностью стоит великий Русский Дух, питавший Евгения Николаевича всю жизнь.

Евгений Аксенов родился в 1924 году в семье белоэмигрантов, после революции обустроившихся в Харбине, и всегда гордился своим русским происхождением. Он подчеркивал свою любовь к России и вере предков, и никогда ни слова не обронил против советской власти, которая лишила его семью дома, богатства, положения в обществе. Одним из предков доктора Аксенова по материнской линии был князь Георгий Львов, возглавлявший до июля 1917 года Временное правительство. Отец владел золотыми приисками в Сибири, а в Маньчжурии ему пришлось поставить на коммерческие рельсы свое хобби – разведение коней. Дело малоблагородное, так как заниматься самой грязной работой приходилось самим. При этом он оставался русофилом и воспитывал такое же отношение к родине в сыне.

В Харбине дети белоэмигрантов учились в лицее по программе, базировавшейся на основе того, что изучали в классических лицеях дореволюционной России. Евгений Аксенов рассказывал, что их «учили быть русскими, православными и любить все русское» и особенно хорошо давали русский язык и русскую литературу. Действительно, речь Евгения Николаевича и в зрелые годы, когда он уже несколько десятилетий прожил в Японии, была богатой и выразительной.

Русскость, воспринятую в детстве, он пронес через всю свою жизнь, так и не приняв никакого иностранного гражданства, однако, не получив и российского: «Это моя эмиграция». Напоминание о том, что родом он из той эпохи, которая расколола русский народ, но в этом расколе и изгнании выросли великие представители русской нации, которые раскрыли суть и глубину русского характера и Православия в других странах, где им пришлось начинать жизнь с нуля.

Волею судьбы маленький Женя выучился японскому языку от соседей японцев, волею судьбы в их доме оказался член императорской японской фамилии и пригласил юного Евгения учиться в Японию. Не провидение ли это?

В 19 лет Евгений оказался в Стране Восходящего Солнца студентом на медицинском факультете университета Васэда, откуда вышли шесть премьер-министров Японии. После капитуляции в войне Япония оказалась под американской оккупацией, и тут европейская внешность вкупе с хорошим знанием нескольких языков весьма пригодились. Евгений начинает помогать в качестве переводчика, сниматься в кино и работать в больнице санитаром. Оккупационные власти генерала Макартура заметили русского студента и поручили ему уход за больными, которые считались военными преступниками, то есть высшими чинами японской армии. Переводчиков-японцев к ним по понятным причинам не пускали.

Евгений Аксенов в своем кабинете. Фото: youtube.com

Оказавшись в инородной среде, Евгению было очень просто слиться с другой культурой. Однако Евгений Аксенов не только не теряет свои корни, но и раскрывает красоту православия и русской культуры своей будущей жене-японке, которая после крещения получила имя Екатерина. Впоследствии Катя-сан стала активным членом русской православной общины в Японии. Сын Евгения Николаевича Николя, несмотря на то, что учился в Японии и США, также владеет русским и передал эту любовь к России и русской речи своему наследнику.

Те русские, кто общался с Евгением Аксеновым, отмечают, что именно от него можно было получить первые уроки подлинного патриотизма, основанного на любви к родной стране как к онтологическому феномену. Родине, пережившей за один век три революции, две мировых войны, репрессии, выкорчевывание аристократии, интеллигенции, крестьянства и, самое главное, попытки искоренения русского православия, сопровождавшимися массовыми истреблениями духовенства и верующих. Ни тени озлобления или осуждения. Принятие всего, что случилось в нашей истории и его семье. Служение России и русским людям в тех формах, которые были доступны доктору на протяжении всей его жизни. Многим соотечественникам доктор Аксенов помогал совершенно безвозмездно, и они порой даже не догадывались о стоимости оказанных услуг или лекарств, которые давал добрый доктор за так. Не брать денег с тех, кому тяжело или кто беден — было принципом работы доктора Аксенова. Помогать Церкви и оставаться в тени — принципом христианского служения. Быть скромным и деятельным — принципом жизни. И всегда помнить, что ты — русский. Это было принципом самого существования.

Вклад доктора Аксенова в развитие русской общины Японии трудно переоценить. Наверное, он был тем, кто скреплял всех — старых эмигрантов и новых экспатов, прибывавших в Японию с середины 90-х годов. Евгения Николаевича не стало 5 августа 2014 года. На его похоронах присутствовало более 120 официальных лиц с японской и российской стороны, а православная церковь Николай-до в Токио утопала в цветах. Уход доктора Аксенова можно назвать огромной потерей для всего русского народа. Его наследие состоит в первую очередь в величайшем служении людям, в красоте русского характера, не сломленного тяготами жизни, не отравленного обидами и критикой, и в безграничной любви к России — его Родине, на которой он никогда не жил.

Далее в рубрике Три поколения русских в ЯпонииРусская диаспора в Японии никогда не отличалась многочисленностью, потому что японский язык не входит в число легко изучаемых Три поколения русских в Японии

Комментарии

20 февраля 2016, 17:24
Мне посчастливилось лично знать Евгения Николаевича, общаться с ним в Японии, бывать в его клинике, вместе стоять на службах в церкви, встречаться в Москве во время его приезда к нам. Прекрасной души человек! Такими людьми гордится Русская Земля!
Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Читайте только самое важное!
Подпишитесь на «Русскую планету» в социальных сетях и читайте наиболее актуальные материалы
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»