Москва деревенская
Дом в поселке художников на Соколе. Фото: Анастасия Вдовенко / РИА Новости

Дом в поселке художников на Соколе. Фото: Анастасия Вдовенко / РИА Новости

О московских деревнях и о том, готовы ли местные жители расставаться со своим статусом

Даже в таком современном мегаполисе как Москва до сих пор существуют деревни. Причем не одна-две, а несколько десятков, и не в Новой Москве, а в старых ее границах.

В качестве наиболее яркого примера эксперты рынка недвижимости обычно приводят московский поселок «Сокол», носящий неофициальное название «Поселок художников». Образован он был в 20-е годы прошлого века и стал первым советским жилищно-строительным кооперативом. С 1979 года поселок находился под охраной государства как памятник градостроительства, а с 1989 года перешел на самоуправление. «В поселке нет ни одного одинакового дома, почти все здания не выше трех этажей. Большинство из них сохранилось в первозданном виде с момента основания поселка. Изначально здесь было три типа домов: рубленые избы в традициях русского зодчества, каркасно-засыпные дома в стиле английских коттеджей и кирпичные особняки с мансардами по немецкому типу. В течение последних двадцати лет некоторые владельцы сносили дома и строили особняки по современным проектам. Здесь расположена одна из самых коротких улиц в мире», — рассказал «Русской планете-Недвижимость» Тарас Пазяк, управляющий партнер «МИЭЛЬ-Сеть офисов недвижимости».

В качестве другого примера эксперты приводят деревню Терехово, расположенную в пяти километрах от делового центра «Москва-Сити», между станциями метро «Крылатское» и «Октябрьское поле». Вспоминают об этом месте часто, поскольку здесь наиболее ярко выражен контраст между городской и деревенской жизнью: на горизонте высятся новые небоскребы, демонстрируя достижения XXI века, а в столичной деревне люди по-прежнему топят печь дровами и ходят за водой на колонку.

В двух шагах от цивилизации

Деревень в столице гораздо больше, чем можно ожидать. Например, в состав района Молжаниновский в Северном административном округе входят ни много ни мало восемь деревень: Бурцево, Верескино, Филино, Новодмитровка, Новоселки, Молжаниновка, Мелькисарово, Черкизово. Некоторые из них известны еще с допетровских времен. Несмотря на то, что район считается городским, его быт таковым не назовешь. Электроснабжение осуществляется по воздушным линиям, из-за чего случаются частые перепады напряжения. Воду местные жители берут из колонок или питьевых колодцев, канализация до сих пор отсутствует. Магистральный газ есть не во всех местах. Зато, как в любой другой российской деревне, все друг друга знают, и камень за пазухой не утаишь.

Планы по преобразованию московских деревень озвучивались мэрией неоднократно. В 2006 году столичное правительство утвердило перечень деревень и поселков в границах города, которые должны были быть снесены или реконструированы. Осуществить пока удалось далеко не все. Квартиры в новостройках получили жители деревень в районах Некрасовка и Жулебино в Юго-Восточном округе, в районе Куркино в Северо-Западном округе, в районе Южное Бутово в Юго-Западном округе.

В целом же задумка оказалась слишком амбициозной и, как обычно, дорогостоящей. Например, в середине нулевых власти говорили о сносе деревень в Молжаниново и строительстве на их месте нового жилого района со всей необходимой инфраструктурой. До 2010 года здесь должно было появиться 750 тысяч квадратных метров жилья, а позднее — гольф-клуб площадью 600 гектаров, трасса для «Формулы-1» и стадион технических видов спорта. Первый Гран-при России уже прошел в Сочи, а деревни все так и стоят.

Почем жизнь на земле

Но отнюдь не все москвичи хотели бы жизнь на земле обменять на комфорт многоквартирных домов: объекты в поселке «Сокол» выставляются на продажу крайне редко. Хотя здесь, конечно, большую роль играет родовая и историческая ценность объектов. «Состояние домов не отражается на цене: возможность жить на земле и при этом практически в центре Москвы оценивается в несколько миллионов долларов», — замечает Тарас Пазяк.

Андрей Муравьев, руководитель департамента загородной недвижимости компании «НДВ-Недвижимость» тоже говорит о дороговизне подобных предложений. По словам эксперта, в поселке «Сокол» стоимость предложений варьируется в районе $8-10 млн. Не стоит забывать, что земля в столичных деревнях находится в собственности города, хозяин дома получает лишь договор аренды на участок сроком на 49 лет, который затем продлевается.

У потенциальных покупателей к домам в поселке «Сокол» сохраняется устойчивый интерес. Но поскольку недвижимость здесь стоит дорого и ее мало, то дальше интереса дело не идет, реальных покупателей не так много. «Недавно состоялась сделка по купле-продаже одного из объектов нового строительства — трехэтажного коттеджа, прозванного за свой мрачный вид «Стеной плача» (одна из стен  черного цвета). Проект примечателен тем, что начал его строить один архитектор, а закончил другой. Дом продан за $12 млн», — приводит пример Тарас Пазяк.

Но деревня деревни рознь. Если в поселке «Сокол» многие хотели бы жить, по крайней мере, в своих мечтах, то в другие места мало, кто поедет, даже за доплату. Взять, допустим, деревню Новокурьяново, которая является частью района Южное Бутово. В свое время она была построена внутри экспериментального железнодорожного кольца, там жили работники бригад, обслуживающих пути. «Никакого общественного транспорта, магазинов здесь нет, попасть сюда до недавнего времени можно было только через железнодорожный переезд (недавно открылось движение по временной объездной дороге). Понятно, что при такой экологии, инфраструктуре и расположении недвижимость здесь никому не нужна», — рассказывает Дмитрий Таганов, руководитель аналитического центра «ИНКОМ-Недвижимость».

В других деревнях дома продаются не часто, на рынке встречаются лишь единичные объявления. Одно из таких предложений размещено в базе ЦИАН: в Молжаниновском районе предлагается бревенчатый дом с печным отоплением и участком в 15 соток за 12 млн рублей.

Еще один пример, продолжает эксперт, это деревня Терехово в районе Хорошево-Мневники. Здесь нет ни отопления, ни канализации, ни горячего водоснабжения. Доехать до метро можно на троллейбусе, автобусе, которые проходят мимо деревни, в самом населенном пункте общественного транспорта нет. Московские власти то и дело поднимают вопрос о расселении деревни и сносе домов, но такие туманные перспективы никак не подогревают покупательский спрос.

Мотивация

Можно не сомневаться, что рано или поздно всех жителей московских деревень не минует необходимость переселиться в многоквартирные дома. Произойти это может, например, когда Москва исчерпает запас промышленных территорий, на которые многие делают серьезную ставку в плане будущей застройки.

Сейчас же «деревенских» москвичей условно можно разделить на три категории. В первую входят те, кто рассчитывает получить жилье в новостройках. Однако здесь есть важный нюанс — компенсация. Известно, что власти часто заниженно оценивают изымаемую недвижимость или же предлагают варианты городского жилья, по разным причинам не устраивающего переселенцев. Вторая категория — люди, которые живут в комфортных домах со всеми удобствами и надеются, что их изъятие земли под муниципальные нужды не коснется. В третью группу попадают граждане преимущественного пожилого возраста, которые, как говорится, «приросли к земле» и не готовы менять свои дома, пусть даже без современных удобств, на жизнь в шумной Москве.

Несносные «хрущевки» Далее в рубрике Несносные «хрущевки»Сколько стоят и почем сдаются квартиры в ликвидируемых московских пятиэтажках

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Расширяйте круг интересов!
Мы пишем об истории, обороне, науке и многом другом. Подписывайтесь на «Русскую планету» в соцсетях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»