Лента Нины Викторовны Шевчук

Нина Викторовна Шевчук (Штански) — кандидат политических наук, дипломат, политический и общественный деятель Приднестровья. 



Родилась 10 апреля 1977 года в г. Тирасполе. Окончила юридический факультет Приднестровского госуниверситета. С 2007 по 2012 год в качестве аспиранта, соискателя ученой степени работала на кафедре мировых политических процессов МГИМО над диссертацией на тему урегулирования молдо-приднестровского конфликта. По результатам успешной защиты в 2012 году ей была присвоена ученая степень кандидата политических наук. В ряде приднестровских вузов вела курсы международно-правовой направленности.



На государственной службе в Приднестровье состояла с 2002 года. До 2009 года работала в Верховном Совете ПМР на различных должностях: от ведущего специалиста до советника председателя по политическим вопросам. В 2011 году была назначена на должность специального представителя президента ПМР по переговорному процессу, взаимодействию с дипломатическими представительствами, международными организациями, с 2012 по 2015 год занимала должность вице-премьера по международным вопросам — Министра иностранных дел ПМР, являлась членом Совета Безопасности при президенте Приднестровской Молдавской Республики. На протяжении почти четырех лет была Представителем по политическим вопросам Приднестровья в «Постоянном совещании по политическим вопросам в рамках переговорного процесса по приднестровскому урегулированию» в формате «5+2».



Штански — автор многочисленных научных публикаций и интервью в российских и приднестровских изданиях об урегулировании приднестровско-молдавских отношений, об актуальных проблемах внешней политики Приднестровья. Под общей редакцией Н. В. Штански и в соавторстве в Приднестровье выпущен ряд специализированных изданий, среди которых «Актуальные вопросы внешней политики Приднестровья», «Переговорный процесс между Приднестровской Молдавской Республикой и Республикой Молдова в документах», «Рабочая тетрадь «Блокада Приднестровья: выживание вместо развития. Весь путь меж двух огней».



Является заслуженным сотрудником дипломатической службы ПМР, имеет дипломатический ранг Чрезвычайного и Полномочного Посла. Лауреат государственного конкурса «Человек года – 2012» в номинации «Государственный деятель», награждена медалью «За отличие в труде», медалью «25 лет Приднестровской Молдавской Республике» и иностранными наградами, среди которых медаль Министерства иностранных дел Республики Абхазия «За заслуги» и Орден Дружбы Южной Осетии.



В сентябре 2015 г. вышла замуж за президента ПМР Евгения Шевчука. Являясь первой леди, ведет активную общественно-политическую жизнь, занимается научной деятельностью. Воспитывает двоих дочерей. 



0
696
Мне кажется, что за горячими спорами о ценностях мы сами не заметили, как нас этими ценностями поделили.

Мне кажется, что за горячими спорами о ценностях мы сами не заметили, как нас этими ценностями поделили. Кого-то записали в группу толерантных, кого-то — в группу либеральных, кого-то причислили к сторонникам европейских. Вопрос вот в чем: может ли вообще быть ценностью то, что не объединяет, а разобщает?

Когда десяток лет назад я начинала свое диссертационное исследование о проблемах урегулирования молдавско-приднестровского конфликта и в целом «конфликтов идентичности», мне как молодому исследователю довелось немало часов провести в «Ленинке» в поиске тех самых мерил, что дают ученым основания отдельные явления называть ценностями. И тогда в контексте конфликтологической тематики мне казалось, что я с этим разобралась. На примере приднестровского вопроса все оказалось не так уж сложно.

В Приднестровье всегда проживали вместе представители десятков национальностей, а три крупнейшие диаспоры — молдаване, русские, украинцы, переплетаясь и заимствуя у друг друга все лучшее, формировали наши традиции, культурные устои, нравственные ориентиры. Многообразие в нашем случае стало богатством, а идентичность приднестровца сформировалась как надэтническая и наднациональная. Она объединяла нас. Эта идентичность и стала той самой главной ценностью, которой нас попытались лишить в кровавые дни 1992 года, когда оружием решили наказать за нежелание вливаться в захлестнувшую бывшую советскую Молдавию реку румынизации и отказаться от своего языка, своей культуры.

Так вот, тогда, когда, будучи аспиранткой, я пыталась вышесказанное поместить в рамки теоретических описаний, сама категория «ценности» в целом представлялась совсем не той, что сейчас. Не то чтобы мы больше не используем это слово в таком значении. Вот совсем недавно, например, Владимир Путин на форуме ОНФ назвал главной российской ценностью патриотизм. Но согласитесь, отнюдь не в этом значении мы чаще всего встречаем это многосложное понятие.

Снова всерьез задуматься заставил недавний теракт в Ницце. Как много раз во всевозможных статьях, репортажах, постах в соцсетях о дичайшем ужасе вспоминали о европейских ценностях, о либеральной политике по отношению к потенциальным террористам и так далее. Уверена, читателю этих строк тоже попадались фразы вроде «почему мы не так скорбели о жертвах недавнего теракта в Багдаде?», «почему к посольствам России в Европе не несли цветы, когда случился теракт в Беслане», «почему мы больше сочувствуем, когда гибнут европейцы, хотя они не так же сочувствуют нам в случае таких же бед в России?». И вот тут много можно говорить о ценностях.

Мы сочувствуем, потому что мы люди. Нам больно, потому что мы люди. Эти сочувствие, боль и сострадание и есть наша ценность. Она нас объединяет. Случись беда, мы перестаем быть белыми или афроамериканцами, европейцами или азиатами, богатыми или бедными, коммунистами или либералами.

Да, нам меньше показывают теракты, сотрясающие Ирак, Пакистан, Йемен, Нигерию… Увы, «двойные стандарты» берут свое. Это факт. Но в то же время, когда мы видим в новостях, что там происходит, мы сочувствуем, но понимаем, что это где-то далеко, где-то там… И как бы цинично это ни звучало, мы в определенной степени привыкли, что «там…» то и дело происходят теракты. Не сотни, не тысячи, а десятки тысяч людей гибнут в терактах каждый год «там…». Когда же теракт происходит в Париже, в Брюсселе, в Ницце, это уже совсем не где-то там, а, кажется, рядом. Да и показывают, и рассказывают нам об этих трагедиях куда больше. И страшнее нам от того становится. Но ведь мы все равно не считаем, что боль утраты может быть больше или меньше в привязке к географическому фактору. Нет! Нам одинаково больно, когда мать-мусульманка оплакивает погибшего малыша и когда над телом своего ребенка на набережной Ниццы неподвижно и безмолвно, словно умирая вместе с ним, лежит такая похожая на нас белокурая женщина. Мы скорбим вместе с ними, с обеими, сколько бы ни рассказывали нам о ценностях и стандартах. И до тех пор, пока мы умеем оплакивать утраты других людей, нас, уверена, разными ценностями не разделят.

Помните, как после теракта в Орландо американец афганского происхождения открыл огонь по посетителям в гей-клубе, как много совершенно мерзких комментариев о ценностях мы могли встреть в СМИ и соцсетях? Мне попалось тогда на глаза высказывание коллеги из российского МИДа Марии Захаровой, которая сказала: «Невозможно отстаивать даже самые правильные ценности, если в тебе нет сострадания».

Очень хочется, чтобы в мире, где предстоит вырасти нашим детям и внукам, главной правильной ценностью оставалось сострадание, которое объединяло бы нас, потому что мы люди.

2
2 150
Приднестровцы зачастую куда большие русские и российские патриоты, чем многие жители России

Мне ни разу не доводилось слышать в Приднестровье, что 12 июня — это день распада СССР. Думаю, дело вовсе не в том, как оценивают приднестровцы сам факт развала великой страны. Здесь об этом сожалеют и стар, и млад. Распад СССР, который я, как и многие мои коллеги, считаю неправовым и, по сути, так и не завершенным, привел к кровопролитному конфликту на берегах Днестра, когда вчерашним советским людям — сегодняшним приднестровцам — пришлось с оружием в руках противостоять вооруженной агрессии со стороны Молдавии и отстаивать право говорить на своем языке, да и просто жить. Кровопролитие остановила Россия, которая по сей день является гарантом мира, выполняя уникальную миротворческую операцию.

Наша республика создалась для того, чтобы жить.

И надо признать, что сегодняшняя приднестровская непризнанность — это в определенном смысле жертва не только и не столько геополитической капитуляции, совершенной в Беловежской Пуще, но куда более ранней геополитической сделки, известной как секретный протокол к пакту Молотова — Риббентропа. Но это тема для отдельной и сложной беседы.

Не так давно Александр Проханов на выездном заседании Изборского клуба в Тирасполе назвал Приднестровье иконой русского сопротивления. Это определение, на мой взгляд, очень точно характеризует тот русский дух, что стал стержневой основой нашей идентичности. И слово «русский» в многонациональной республике, где за четверть века уже сформировалась собственная приднестровская наднациональная идентичность, чаще употребляют со значением «российский». Мне нередко доводилось, общаясь с российскими коллегами, говорить, что приднестровцы зачастую куда большие русские и российские патриоты, чем многие жители России. Немаловажно и то, что из менее чем полумиллионного населения здесь почти двести тысяч граждан — это граждане Российской Федерации. Здесь не русские по национальности называют себя россиянами и российскими соотечественниками.

Не знаю, праздновали ли еще где-нибудь так искренне и так радостно признание Российской Федерацией Абхазии и Южной Осетии, воссоединение Крыма с Россией. Здесь, в Приднестровье, каждая российская победа — это наша победа, каждый российский успех — это повод для гордости, каждая российская беда — это и наша боль.

В нынешнем году по городам Приднестровья 9 Мая прошел «Бессмертный полк». В едином строю — около 30 000 приднестровцев. В этом строю мы шагали вместе с Россией в память о героях, о достойном наследии советского прошлого. Президент ПМР Евгений Шевчук после военного парада на столичной площади имени Суворова, в котором впервые приняли участие военнослужащие Оперативной группы российских войск в Приднестровье, заявил, что надеется на воссоздание единой страны, как это было до распада СССР. И эту надежду разделяет приднестровский народ, что подтверждают как результаты всенародного референдума 2006 года, десятилетие которого мы будем праздновать в сентябре, так и итоги недавних социологических исследований.

День России в Приднестровье наполнен особым смыслом. Это наш праздник. У нас с Россией общее великое прошлое. Наше настоящее во многих аспектах (социальная политика, гуманитарные проекты, обеспечение безопасности и многое другое) трудно представить без России. И наше будущее — это будущее с Россией. Уверена, это вопрос времени.

0
4 662
Сегодня я могу уверенно сказать, что молодые дипломаты — это «мотор» в продвижении интересов страны.

Меня нередко спрашивают: каково это — быть таким молодым дипломатом? В 2012-м, когда меня назначили на должность министра иностранных дел ПМР и уполномочили представлять Приднестровье в многосторонних переговорах по приднестровскому урегулированию (в формате «пять плюс два»), мне было 34 года. До назначения на должность я, как и многие мои сверстницы, нередко раскошеливалась, оплачивая косметические услуги для сохранения молодости, и в те моменты мне совсем не казалось, что я молода.

Все изменилось в одночасье. Вдруг выяснилось, что я слишком молода для такой должности. Такие мнения высказывали многочисленные оппоненты нового приднестровского руководства. Мало того что в правительстве много женщин, так они еще и молоды! И такие критики кадровой политики новоизбранного президента ПМР Евгения Шевчука (тоже, кстати, молодого) напрочь отказывались напоминать себе, что мой предшественник на посту главы МИД ПМР был на пару лет моложе меня, а при назначении на должность ему и вовсе не было тридцати.

Другие говорили: как молода она для дипломатии. Ведь дипломатия — это не только богатый теоретический опыт, многолетняя закалка госслужбой и успешно защищенная в МГИМО диссертация по урегулированию приднестровского конфликта. Дипломатия — это, прежде всего, опыт. Все остальное не так важно. Наверняка на момент моего назначения так думали и многие мои многоуважаемые коллеги — дипломаты с колоссальным опытом за плечами, с которыми мы не один год взаимодействовали потом в переговорах.

Сама же я тоже стала ощущать, что молода. Трудно было не согласиться с этим, когда тезис о молодости то и дело звучал и как упрек, и как комплимент, им же начиналась, пожалуй, каждая заметка иностранных журналистов. Со временем мне даже стало нравиться, что я так молода. Ни более десятка лет госслужбы без выходных и больничных, ни воспитание ребенка в статусе матери-одиночки, ни пять лет работы над диссертацией, ни «перегруз» на преподавательском фронте (когда на субботы отодвигались «висяки» — не вычитанные из-за политической работы студентам пары, их приходилось вычитывать по 4–6 часов подряд в первый попавшийся выходной), ни избирательные кампании моего руководителя со свойственными им нервотрепками и грязью не смогли, как выяснилось, забрать у меня молодость. Вот так я помолодела.

Ну а если серьезно, то молодая дипломатия — это действительно новое явление для постсоветского пространства. Я имела честь руководить коллективом, который по возрастному признаку можно назвать «командой тридцатилетних». Я вижу работу этих ребят и сейчас, вижу теперь со стороны. Всякий раз поражаюсь их терпению, упорству, умению держать удар и колоссальной трудоспособности. Умению добиться, кажется, невозможных результатов, добиться на бегу, да еще и вытаскивая «палки из колес».

Сегодня, оглядываясь на четыре года работы в «реальной дипломатии», я могу уверенно сказать, что молодые дипломаты — это «мотор» в продвижении интересов страны. Яркие, креативные, ищущие, они хотят доказывать. Именно доказывать, причем и партнерам, и оппонентам, и, что очень важно, доказывать самим себе. В этом запале рождаются на первый взгляд нереализуемые идеи, находятся энергия и силы, ставятся амбициозные цели. Этот молодой задор запросто делает «мягкую силу» силой, он же делает «публичную дипломатию» действительно народной, он под другим углом анализирует внешнюю политику и вместо классических многоходовок дает реалистичный прогноз на завтра. И вот еще что — дипломатический язык. «А он разве может меняться?» — наверное, подумали вы. Может. Дипломатический язык — это не только выражение обеспокоенности, принятие к сведению, полномочность заявлять. Как частью дипломатического языка в классической дипломатии всегда будет цвет галстука на торжественных и траурных церемониях, так теперь дипломатический язык это, например, еще и «Калинка-малинка» на шпильках, «сжигание российских ведьм на брюссельских кострах», «скормленные поросятам апельсинки» и «пакеты с печеньками у командированных западных дипломатов» от Марии Владимировны Захаровой. Можете спорить с автором этих строк об эффективности такого «языка» сколько угодно, но вряд ли кто-то оспорит тот факт, что мир и взаимодействие в нем меняются. К сожалению, меняются не в сторону соблюдения правил, следования общепринятым табу и применения единообразных подходов. Как мы видим, меняются и формы реагирования. Люди в военной форме эффективно включаются в процесс миростроительства и организацию диалога на уровне местных сообществ, а публичная дипломатия работает на укрепление позитивного имиджа своей страны в разы действеннее, чем безупречно организованные дипломатические приемы.

Все вышесказанное навеяно очередным журналистским вопросом, поступившим в мой адрес о том, как это — быть молодым дипломатом. Я, разумеется, ни в коем случае не умаляю и не оспариваю то огромное значение, которое имеет для дипломатической профессии многолетний опыт, как и не умаляю значимость фактора «индивидуальной тяжеловесности» заслуженных дипломатов, способных с легкостью неожиданно менять «запятые» на «точки» и «сверку часов» производить без перевода стрелок. Нет, это бесспорно. Просто не в лучшую сторону меняется мир, а значит, дипломатия должна быть многоликой. Уверена, в этом залог ее успеха. Искренне желаю всем молодым дипломатам как можно дольше сохранять дерзкий задор и беречь это особенное движущее свойство — желание доказывать всем и самому себе!

0
1 700
Вчера в Приднестровье вновь вспоминали легендарного российского генерала Александра Ивановича Лебедя.

Вчера в Приднестровье вновь вспоминали легендарного российского генерала Александра Ивановича Лебедя. Он прибыл на уже политую кровью мирных жителей приднестровскую землю 23 июня 1992 года, спустя всего несколько дней с начала Бендерской трагедии. Он первым дал адекватную оценку развязанному властями Молдовы кровавому акту вооруженной агрессии, прикрываемой стремлением националистического режима образовавшейся на осколках СССР румынизированной Молдовы навести в Приднестровье «конституционный порядок». Его, генерала Лебедя, в Приднестровье знает каждый. Знает как спасителя, как защитника, как патриота и миротворца. Справедливости ради нужно сказать, что суровый нрав генерала и его манера «рубить правду с плеча» нравилась не всем — как в России, так и в Приднестровье. Памятник российскому генералу появился в Бендерах только четыре года назад, когда Приднестровье возглавил Евгений Шевчук. Его указом в День России такой монумент наконец был установлен на бендерском мемориале, и тогда же был подписан указ о посмертном награждении генерала высшей военной наградой — Орденом Суворова I степени. Но память об Александре Ивановиче в сердцах приднестровцев была жива всегда. И будет. 

Общаясь с российскими военными, я слышала, как, вспоминая генерала, они говорили, что не каждый на его месте смог бы принять те решения, что остановили войну на Днестре. Терзаемая тогда внутриполитическими распрями, ослабленная и неуверенная на внешней арене российская власть не спешила действовать решительно. «Лебедь умел творчески развить получаемые из Москвы приказы. Ну, а потом… что уж было его ругать. Война-то была остановлена», — вспоминали они.

В Приднестровье же июнь — это особая пора воспоминаний. Здесь 19 июня в День бендерской трагедии вспоминают защитников Приднестровья и жертв агрессии. А 21-го в расположенном недалеко от Бендер селе Парканы вспоминают военнослужащих инженерно-саперного батальона, молодых ребят, которые даже не успели принять присягу. Солдаты готовились к минированию участков на месте возможного прорыва войск Молдовы, и ночью все взорвались. Была ли это диверсия молдавских войск или попадание снаряда, никто не знает до сих пор. 23 июня вспоминают жертв роковой военной ошибки. В ту ночь в 1992-м в Бендерской крепости погибла колонна гвардейцев. В темноте колонну автомашин с выключенными фарами защитники крепости приняли за противника и открыли шквальный огонь. 

И так каждый день здесь скорбят, вспоминают. Только за 1,5 месяца боевых действий погибли более восьмисот приднестровцев — это мирные жители, гвардейцы, казаки, ополченцы. А до этого были жертвы Дубоссарской трагедии в 1990-м, и жертвы точечных инцидентов вдоль Днестра.

Сегодня центральные площади городов Приднестровья преобразятся. Тысячи улыбок, море цветов, шуршащие юбки выпускниц, цокот каблучков, слезы радости мам… Выпускные балы... И сегодня тоже здесь будут вспоминать тех, ценой чьей жизни эти дети выросли на мирной земле и свободно говорят на своем языке. Здесь и выпускные балы теперь проводят чуть позже, чем было принято раньше.

Ведь тогда, 19 июня 1992 года, война настигла бендерских выпускников и выпускниц, встречающих восход солнца в лесу. Для кого-то из них тот восход стал последним. А тот теплый июньский вечер здесь всегда будут помнить как «черную пятницу». 

Меня часто спрашивали иностранные дипломаты о том, зачем мы, приднестровцы, так часто вспоминаем войну и ее жертв. Многие из коллег считают, что утрата этой памяти быстрее заживит раны. Нет! Войну в Приднестровье помнят, чтобы не забывать ценить мир. Героев и защитников здесь будут помнить всегда!

Я очень рекомендую читателям познакомиться с проектом ИА «Новости Приднестровья» «Битва за Бендеры».

История, политика и наука с её дронами-убийцами
Читайте ежедневные материалы на гуманитарные темы. Подпишитесь на «Русскую планету» в соцсетях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»